May 29th, 2013

Buy for 30 tokens
Buy promo for minimal price.

Депардье снимет фильм про "хорошую" Чечню

Депардье снимет фильм про "хорошую" Чечню






В ходе своего визита в Чечню актер Жерар Депардье сообщил о своем намерении снять фильм о республике, говорится в сообщении на сайте регионального правительства.

«Я хотел еще раз увидеть то, что я видел несколько месяцев назад, еще раз посмотреть ваши танцы. Это первая причина. Во-вторых, я хочу снять здесь кино, показать, что в Грозном можно делать фильм, большой фильм. О деталях фильма пока ничего не могу сказать, но я знаю, что мы сюда еще раз вернемся, и что это только начало», - заявил Депардье.

Все происходит в рамках политики Кадырова – показать Чечню лучшей в мире, полагаетнезависимый политолог, бывший заместитель пресс-службы Союза грузин в России Игорь Гвритишвили.



Политолог подчеркнул, что в Чечне бывал не только Депардье, но и бывший чемпион мира по боксу Тайсон, известные актеры и исполнители и другие знаменитые личности. «Фильм будет показывать, как Кадыров преобразил Чечню. Это не только хочет сделать Кадыров, но и в Москве не будут против такого фильма. В фильме будут показаны обычаи, праздники – положительный образ Чечни», - прокомментировал г-н Гвритишвили для Финам FM.

Чеченский лидер Рамзан Кадыров в честь приезда теперь уже российского актера дал торжественный ужин, во время которого выступали местные артисты и танцовщики.



http://top.rbc.ru/society/16/05/2013/857884.shtml








http://videos-vkontakte.ru/publ/ljubitelskoe/chechency_churki_rezhut_nashikh_parnej/45-1-0-2255

http://video.mail.ru/mail/dzirkalvalentina/_vfavorites/1184.html


а вот это видео надо было показать Жерару Депардье - может быть он его в свой фильм про хороших чеченцев вставил ....

Российский футбольный союз просит главу Чечни Рамзана Кадырова объясниться в связи с высказываниями

Российский футбольный союз просит главу Чечни Рамзана Кадырова объясниться в связи с высказываниями о коррупции среди спортивных судей

28 мая 2013 | 22:05
Ранее он заявил, что арбитры вымогали деньги у представителей грозненского «Терека».

Чеченского лидера призывают ответить за свои слова и представить конкретные доказательства, которые подтверждали бы факты коррупции в судейском корпусе. Об этом говорится в решении Бюро Исполкома Российского футбольного союза, опубликованном на официальном сайте организации. Внимание РФС привлекло одно из высказываний Кадырова на вчерашней встрече с журналистами – глава республики прокомментировал инцидент в ходе матча «Терека» с казанским «Рубином», когда по громкой связи прозвучало: «Судья продажная! Козёл ты!» Конец цитаты. Ответственность за инцидент взял на себя Кадыров. «Я хотел ещё жестче сказать», – признался он. Своё поведение чеченский лидер объяснил недовольством действиями арбитра, в частности, предупреждением, которое получил защитник «Терека» Ризван Уциев. Кадыров утверждает, что таким образом судья отомстил за отказ дать ему взятку, которую он, якобы, вымогал перед матчем, ещё одна цитата: «Судья говорит: дайте денег, и всё будет нормально». Я ему говорю: «Не дам», – и он начинает специально судить против – все это знают», – объяснил журналистам Кадыров.

Большой резонанс вызвало и другое вчерашнее высказывание Кадырова. Он заявил, что готов уступить кресло главы Чечни ушедшему в отставку вице-премьеру Владиславу Суркову. Последний назвал это предложение «очень интересным». Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков поспешил заметить, что это была, цитата по РИА «Новости», «скорее, игра слов». 


http://www.echo.msk.ru/news/1083708-echo.html

Ветеран ВОВ оказался изменником родины


Фото


Ветеран ВОВ оказался изменником родины

29.05.2013   00:52
Автор: Виталий Акиньшин

В Пушкинском районе Подмосковья обнаружили ветерана, который в годы Великой Отечественной войны воевал на стороне фашистов. Более 30 лет он пользовался всеми льготами участника войны и даже получал медали. Прокуратура готовится передать материалы в суд.

В этом деле много вопросов, на которые еще предстоит получить ответы. Пока достоверно известно, что прокуратура Московской области обратилась в областной суд с просьбой лишить звания ветерана Великой Отечественной войны человека, проживающего в Пушкинском районе Подмосковья. "Нам удалось выяснить фамилию этого человека – Маслов", — рассказал корреспондент ВГТРК Виталий Акиньшин.

Как выяснилось, в годы Великой Отечественной войны этот человек воевал на стороне немецких войск. Инициировали обращение в суд представители ветеранских организаций.

"Благодаря неравнодушной позиции ветеранских организаций, органы прокуратуры провели проверку, в ходе которой подтвердили доводы незаконного получения ответчиком удостоверения участника Великой Отечественной войны, а также государственных наград", — сообщила Марина Каурова, старший помощник прокурора Московской области по взаимодействию со СМИ.

На запрос в Генеральную прокуратуру Республики Белоруссия пришел ответ: 24 июня 1942 года человек по фамилии Маслов, воевавший в составе 11 кавалерийского корпуса в должности офицера связи штаба корпуса, попал в плен к фашистам и после допроса выдал месторасположение офицеров своего корпуса. Из тех же документов следует: зимой 1942 года он добровольно вступил в ряды фашистов и возглавил взвод "восточного" учебного полка в Бобруйске. Там он дослужился до лейтенанта, но уже на стороне гитлеровских войск.

В 1943 – 1944 годы мужчина находился в составе карательного батальона во Франции. В 1944 году попал в плен к американцам и попросил убежища, не желая возвращаться в Россию. Военнослужащему было отказано, и он вернулся в СССР. Был осужден, отбыл 10-летнее наказание за измену родине, вышел на свободу и не получил реабилитации. Это не помешало ему в 1980 году получить удостоверение ветерана Великой Отечественной войны в Одинцовском отделе военного комиссариата Московской области. Знакомые с Масловым утверждают: ветеран жил активной жизнью, посещал школы, давал уроки мужества, рассказывая о своих вымышленных подвигах.

"Я лично, как юрист с многолетним стажем считаю, что никто его не лишит наград по одной простой причине: срок давности по его статье прошел", — высказала мнение Людмила Кондрашова, председатель Совета ветеранов войны Пушкинского района Московской области.

http://www.vesti.ru/doc.html?id=1089203&cid=7


Глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров готов уступить бывшему вице-премьеру РФ Владиславу Суркову



Глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров готов уступить бывшему вице-премьеру РФ Владиславу Суркову

Глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров готов уступить бывшему вице-премьеру РФ Владиславу Суркову место главы Чечни. Об этом, как сообщили ИА REGNUM в пресс-службе главы и правительства республики 28 мая, Кадыров заявил накануне на встрече с редакторами ведущих российских СМИ.

Кадыров готов уступить Суркову место главы Чечни

Глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров. Иллюстрация: ramzan-kadyrov.ru

"Я ему с удовольствием уступил бы место главы республики. И на выборах поддержал бы его. Потому что такого сильного специалиста мы нигде, никогда не найдем. Такие люди очень нужны. Я думаю, что Владимир Путин примет правильное решение и Сурков останется в его команде. У Суркова есть своя позиция, и он не боится ее озвучивать", - сказал Кадыров.

Глава Чечни отметил, что с Владиславом Сурковым они не просто друзья, а братья.

"Мы дружим семьями. Он сильный специалист и однозначно необходимый для России человек. Я ничуть не огорчился, когда он ушел в отставку. Он этого сам хотел", - сказал Рамзан Кадыров.

Руководитель республики также отметил, что Сурков много сделал для Чечни. "Он курировал наш регион, оказывал нам помощь. И всегда был доступен и отзывчив, всегда заставлял выполнять поручения президента страны", - добавил Кадыров.

Напомним, 8 мая стало известно, что своим указом президент Владимир Путин освободил от должности вице-премьера - руководителя аппарата правительства Владислава Суркова. Заявление об увольнении с поста вице-премьера по собственному желанию он передал еще 26 апреля. Позже пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков заявил, что это никак не связано с полемикой уже бывшего вице-премьера с официальным представителем Следственного комитета Владимиром Маркиным и не имеет отношения к фонду "Сколково".

Сурков был назначен вице-премьером в конце 2011 года, до этого он был первым заместителем главы администрации президента. В правительстве Сурков курировал реализацию приоритетных национальных проектов и государственной политики в области модернизации сферы образования, здравоохранения. Вице-премьер также отвечал за государственную политику в области культуры и искусства, регулирование молодежной политики, развитие туризма, взаимодействие с религиозными объединениями, госполитику в области науки и инновационной деятельности, включая систему ГЛОНАСС.
источник



http://antyzhulik.livejournal.com/337434.html

Результат опроса в "Одноклассниках".

Результат опроса в "Одноклассниках".


Тема прикольная, я бы даже сказал неожиданная, а результат и вовсе необычный. Кстати "Одноклассники" традиционно считается сетью для "простых" людей из регионов, так что "рука Госдепа" и влияние либералов исключены.

11

Что делать, если вместо ложки дают палочки?!


Что делать, если вместо ложки дают палочки?!

Хотите ли Вы знать, как пользоваться палочками для еды?

Восточная кухня сегодня популярна у гастрономов всего мира и, чтобы отведать риса с помощью палочек, необяза­тельно отправляться в тур в Азию — этот столовый прибор перестал быть экзотикой. Ну а если уж вы попали в Японию, Китай, Ко­рею или Вьетнам, просить в ресторанах вилки и ложки совсем неинтересно! Местные блюда надо и есть по местным правилам. В отличие от жителей азиатских стран, которых учат обращаться с палочками чуть ли не в младенчес­ком возрасте, мы эту науку постигаем гораздо позже.

sticks1



Оригинал статьи на LifeGlobe.net

Предположим, что Вы приехали в Японию или во Вьетнам, и уже сидите в ресторане. Как же быть, если Вам подают палочки, а Вы сталкиваетесь с ними впервые… Инструкция для пользователей проста и коротка. Одну палочку, которая должна оставаться неподвижной, надо зафиксировать между основанием большого и указательного пальца так, чтобы ее середина попала на вторую фалангу согнутого среднего пальца. «Шевелиться» предстоит второй палочке, которую нужно держать параллель­но первой, зажав большим и указательным пальцами. Описанный способ — классический, но для новичков он оказывается довольно сложным. Видимо, устав бороться с непокорными палочками, европейцы и изобрели способ номер два, не совсем правильный с точки зрения японского или китайского едока, зато более удобный для нас. Первую палочку опять-таки размещаем у основания большого и указательного пальца, но при этом не кладем на согнутый средний палец, а фик­сируем ее кончиками безымянного и мизинца. Вторую палочку теперь можно придерживать средним, указательным и большим пальцами. Замечено, что оба способа владения этим восточным столовым прибором куда легче освоить людям, которые умеют обращаться с вязальными спицами. Но в любом случае после нескольких тренировок вы сумеете подцепить какой-нибудь азиатский деликатес и даже, возможно, донесете его до рта. От трапезы в китайском или японском стиле, с какой стороны на нее ни посмотри, сплошная польза: и переедание вам не грозит (много не съешь — паль­цы устанут!), и мелкая моторика руки развивается.

sticks4

sticks2

И все-таки важно не только усвоить, что делать с палочками, но и запомнить, чего с ними делать не следует. Если европейцы относятся к ложке и вилке довольно спокойно, то вьетнамцы, японцы и китайцы изобретение, позволив­шее есть пищу без помощи рук, превратили в священный символ. В Китае, например, это традиционный новогодний подарок, а японцы дарят их на свадьбу. Конечно, в Европе молодоженам тоже иногда преподносят набор сереб­ряных ложечек, но в случае с палочками смысл иной — пожелание никогда не расставаться, как эти две деревяшки.

Разумеется, восточные люди не могли не разработать в отношении своего столового прибора целый свод правил эти­кета. Они во многом схожи с привычными для нас нормами поведения за столом. Палочки нельзя облизывать, ими запрещается стучать по тарелке, указывать на что-то, размахивать, копаться в еде, выбирая лучший кусок, воз­вращать на тарелку то, что уже удалось подцепить. Рукой, в которой зажаты палочки, не положено брать посуду (и лю­бые предметы) — кстати, это и неудобно.

как пользоваться палочками
Последнее время все популярнее становятся туры во Вьетнам, из-за особой культуры этой страны, относительной дешевизне жизни и отдыха, и прочих стимулирующих факторов. Если Вы отправитесь в поездку по этой стране, Вас здесь несомненно научат управляться с палочками

вьетнам

Палочки — индивидуальный прибор, и каждый сам накладывает ими еду на тарелку. Впрочем, есть и исключения: для китайцев обычное дело своими палочками подложить угощения родственнику, особенно старшему. Не принято брать палочками несъедобные предметы и накалывать на них продукты. Про то, что у палочки есть ост­рый край, вообще забудьте: втыкать ее во что-либо, даже в рис, крайне невежливо! Да и примета плохая — так пос­тупают только во время поминальных обрядов. Из той же серии запрет передавать еду в палочки другого человека: данный жест уместен при перемещении кремированного праха в погребальную урну, но никак не за столом! Впрочем,европейцы,недавно освоившие новый столовый прибор, вряд ли сумеют проделать что-то подобное. Если пальцы у вас очень неловкие и никак не хотят справляться с длинным и тонким азиатским аналогом вилки, не отчаивайтесь. Ведь по статистике самым популярным столовым прибором в мире до сих пор остается наша собственная пятерня. Уж ею-то пользоваться вы точно умеете!



http://karhu53.livejournal.com/831311.html

Письмо Р.Киплинга с признанием в плагиате выставлено на аукцион

Письмо Р.Киплинга с признанием в плагиате выставлено на аукцион

Письмо знаменитого британского писателя Редьярда Киплинга, в котором он признается, что позаимствовал некоторые идеи для "Книги джунглей", было выставлено на аукцион. Об этом пишет издание The Daily Telegraph.

Письмо, адресованное некоей женщине, датируется 1895г. В нем Р.Киплинг пишет, что использовал для своей книги правила из жизни эскимосов, которые превратил в "Закон джунглей".

В послании Р.Киплинг также сознался, что брал идеи не только у эскимосов. При этом он даже не смог вспомнить, чьи истории украл.

Письмо было выставлено на торги компанией Andrusier Autographs. Стартовая цена лота - 2,5 тыс. фунтов. Представители Andrusier Autographs купили это послание в мае у организации Jarndyce Antiquarian Booksellers. Перед продажей письмо было представлено на книжной ярмарке в Нью-Йорке.

"Книга джунглей" - одно из самых лучших произведений Р.Киплинга. Она представляет собой сборник рассказов, которые были впервые опубликованы в журналах в 1893-1894гг.

29 мая 2013 г.

ВНИМАНИЕ ! Смертельная игрушка: НЕОКУБ. Не покупайте детям!

ВНИМАНИЕ ! Смертельная игрушка: НЕОКУБ. Не покупайте детям!

Оригинал взят у alenenok72 в Смертельная игрушка: НЕОКУБ. Не покупайте детям!

Оригинал взят у diak_svyatoslav в Смертельная игрушка: НЕОКУБ. Не покупайте детям!

Оригинал взят у yuvikom в КРАЙНЕ ОПАСНАЯ ИГРУШКА - НЕОКУБ!

Это касается всех, у кого есть дети, племянники, внуки, дети друзей и знакомых!!!

Я знаю что виновата перед сыном, мне с этим жить, но убейте меня, не укладывается в моем мозгу как можно уследить за тем, когда ребенок съедает шарик диаметром 5 мм.

НЕОКУБ
Игрушка неокуб была куплена старшей дочери Ире, когда в семье еще не было мелкого.

из википедии:

Неокуб (англ. NeoCube) — игрушка-конструктор, состоящая обычно из 216-ти (6³) одинаковых шарообразных неодимовых магнитов (сплав неодима, железа и бора).

Диаметр каждого шарика 5 мм, шарики достаточно тяжелые для своего малого размера, они имеют очень сильное магнитное поле. На игрушке стандартное предупреждение 3+. Сейчас начали делать предупреждения 6+, 7+ (у кого какая фантазия), на оригинальном сайте производителя ограничение 14+.

Если вашему ребенку 15 и в семье есть эта игрушка спать спокойно нельзя!!!

При игре, чтобы преодолеть притяжение шариков необходимо прилагать усилия, в результате шарик выскальзывает из рук и теряется. Иногда даже мне приходилось этот шарик от общей цепочки отделять зубами, т.е. шарик был у меня во рту, а мне тогда уже было 35.

Дима проглотил 14 шариков, не одномоментно, постепенно. Страшное в этих шариках то, что когда они попадают в организм, они не выводятся, как иные проглоченные инородные тела, а соединяясь между собой (магнитное поле сильное, написано выше) они стягивают стенки кишечника, образуя непроходимость, т.к. размер у них малый, а сила притяжения большая, то притягиваясь друг к другу они продавливают дырки в стенках кишечника и каловые массы выходят в брюшину.

Организм у всех индивидуальный, у некоторых детей это происходит неделями, у кого за 6 часов. Симптомы при этом - самого банального пищевого отравления, УЗИ эти шарики обнаружить не может, только рентген. Думаю не надо объяснять, что при каждой тошноте делать рентген - безумие.

Когда ребенка оперируют шарики примагничиваются к медицинским приборам, тем самым увеличивая количество разрывов. При любом проглоченном количестве, даже просто 1 шарик - полостная операция. Этот шарик за счет веса/размера сам способен без притяжения к другому сделать дыру во внутренних органах.

Хирурги, реаниматологи просили предупредить как можно большее количество людей об опасности, которую в себе несет эта игрушка.

НЕ ПОКУПАЙТЕ СВОИМ И ЧУЖИМ ДЕТЯМ ЛЮБОГО ВОЗРАСТА НЕОКУБ если, конечно, не желаете их смерти.

Практически каждого ребенка, пострадавшего от этой игрушки, приходится спасать. Очень много детей от 1 до 15 лет сейчас попадает в больницу, проглотив эти шарики.
Если попадает... Ведь не всегда родители вовремя  могут понять, что ребенок наглотался этих шариков!


Неокуб. Игрушка, которая убивает детей












http://ru-nsn.livejournal.com/2920634.html

В замирённом Самарканде. 1. Памятники древностиa


В замирённом Самарканде. 1. Памятники древности


Оригинал взят у rus_turk в В замирённом Самарканде. 1. Памятники древности


В самаркандской цитадели. Мавзолей святого Шейха–Нуретдина–Башира (Кутби–Чаардахума). 1871—1872


В. В. Радлов. Средняя Зерафшанская долина // Записки Императорского Русского географического общества по отделению этнографии. Том 6. 1880.


В 1868 году русские проникли в сердце Турана до Среднего Зерафшана. Имев случай посетить в этом году вместе с нашими войсками самую южную часть русских владений в Средней Азии, я считаю своею обязанностью описать именно Зерафшанскую долину, которая, как центр владений Тимура, издавна считается сердцем Средней Азии и до сих пор из всех ее частей оставалась наименее доступною для путешественников. Но я должен предупредить читателя, что сообщаемые мною сведения составлены частию по собственным наблюдениям, частию по рассказам туземцев: военное положение не дозволяло мне хоть и на несколько верст удаляться от армии или ее отрядов. Приятным долгом поставляю себе изъявить здесь мою искреннюю благодарность главнокомандующему войсками Туркестанского округа генерал–адъютанту фон Кауфману за его покровительство и содействие, которыми я пользовался во время моего пребывания в Средней Азии. Многим я также обязан г. подполковнику Шауфусу, комиссару при определении границы между Россией и Бухарой. <…>



Бухарские ворота г. Самарканда


Город Самарканд, столица Тамерлана, Мекка Средней Азии, лежит на левом берегу Зерафшана, в 5 верстах от самой реки. Необходимое ему количество воды Самарканд частью получает от маленькой речки из южных гор.


Самарканд. Часть города Галя–Чешмэ, вид с цитадели


Кто себе составил идеальную картину об этом городе по высокопарным именам, которыми персидские поэты величают Самарканд, тот, конечно, увидит себя обманутым при въезде в него. Самарканд ничем не отличается от остальных городов Средней Азии. Та же самая густая полоса садов окружает его, те же самые глиняные избушки и полуразрушившиеся глиняные стены составляют узкие, извилистые улицы; здесь на более отдаленных от шумного базара улицах царствует та же мертвая тишина, как и в других городах. Единственное отличие Самарканда от последних — это его памятники зодчества, сохранившиеся из лучшего прошедшего в полуразрушенном виде; они, со своими развалинами и кучами мусора, гордо и с упреком смотрят на окружающую их толпу торгашей, не сумевших эти освященные по своим воспоминаниям места сохранить в более приличном виде.




Самарканд. Чайные ряды

Город Самарканд я посетил в самое неудобное для путешественника время, и поэтому я мог себе составить о нем понятие лишь по сравнению его с другими городами Средней Азии. Когда я въезжал в Самарканд, базар представлял большею частию кучу пепла и мусора, над которой стояли высокие столбы дыма; улицы от разрушенных домов были на пол–аршина покрыты толстым слоем глиняной пыли; при каждом шаге, который делала лошадь, подымалось облако пыли, наполнявшей нам глаза, рот и нос, так что трудно было дышать или что–либо видеть. Население, в особенности ученый класс, после своего вероломства, боясь мести русских, разбежалось, и даже уцелевшая часть базара была в базарные дни почти совершенно пуста. Понятно, что при таких обстоятельствах я мог собрать весьма мало сведений, и должен был довольствоваться посещением древних памятников города и еврейского квартала.


Самарканд. Часть города, прилегающая к базарной площади Регистан

Известно, что единственные остатки старинного зодчества Самарканда — медресе, мечети и могильные памятники, потому что правоверный мусульманин Средней Азии не мог прославлять памятниками сей тленный мир. Хотя Вамбери, Ханыков и Леман уже описали достопримечательности Самарканда, все–таки не считаю лишним описать их еще раз.

Самые старые памятники — времен Тамерлана. Более интересный и лучше сохранившийся из них — могила Тамерлана, так называемый Тюрбети–Тимур. Мавзолей Тимура устроен из жженых кирпичей, покрытых глазурованными изразцами, так что внешние стены строения представляют украшения, состоящие из арабесков и мозаичных надписей.


Мавзолей эмира Тимура–Курагана. Восточный фасад

Мавзолей этот устроен в виде осьмиугольника, с куполом в форме дыни, сплошь покрытым поливою. По обеим сторонам строения поднимаются две высокие пустые колонны из кирпича, покрытого изразцами, со спиральными лестницами внутри, но в почти разрушенном состоянии. Украшения на этих колоннах в таком же роде, как и на самом здании. Недалеко от главного корпуса — ворота, которые похожи на самый мавзолей. На передней стороне этих ворот можно ясно прочесть следующую надпись: «Строил слабый раб Мухаммед сын Махмуда из Исфагани». Эта надпись доказывает (как совершенно верно объясняет Вамбери), что памятники зодчества в Самарканде исполнялись персидскими художниками.


Мавзолей эмира Тимура–Курагана. Северный фасад

От довольно больших ворот ведет узкий, крытый сводами коридор внутрь мавзолея, к левой его стороне. Строение, в котором находится надгробный камень Тимура, состоит из главного купола и четырех ниш.


Мавзолей эмира Тимура–Курагана (Гур–Эмир).
Часть мраморной решетки, окружающей надгробные камни

Стены внутри обложены великолепными плитами из яшмы, украшенными отлично вырезанными арабесками и надписями; точно так же и потолки ниш богато украшены. Пол выложен каменными плитами, и в средине его, под самым куполом, находится семь надгробных камней, а на стороне, обращенной к Мекке, — столбик и при нем большое знамя.


Мавзолей эмира Тимура–Курагана (Гур–Эмир). Часть надгробных камней

Но в каком небрежном состоянии находится это великолепное здание! Украшения стен большею частью отпали, посредине пола, возле надгробных камней, куча извести. Более поврежденные части стен и пола очень худо починены, и то лишь в последнее время, когда, после взятия Самарканда, генерал Кауфман подарил значительную сумму на ремонт этого мавзолея.


В. В. Верещагин. У гробницы святого — благодарят Всевышнего. 1873

Надгробные камни расположены в следующем порядке, и окружены весьма плохими деревянными перилами:

1) Камень — длиною в 3 аршина и шириной в &frac23; аршина — из серого мрамора: поверхность этого камня теперь покрыта слоем извести. По рассказам моего проводника, похоронен здесь Мир–Се́ид–Береке–Шейх, учитель самого Тимура, умерший два года после него.

2) Камень, длиной в 1&frac13; аршина и шириной в пол–аршина, из серого мрамора с надписями; этот надгробный камень Абдул–Латиф–Мирзы, сына Улуг–Бека, умершего в 854 (=1450) году.

3) Камень — из черного мрамора, разбитый на два куска, 3 аршина длиной и ¾ аршина шириной; вокруг камня очень неясная надпись. Этот надгробный камень — самого Тимура, умершего в 807 (=1405) году.

4) Камень — из серого мрамора с надписями — длиной в 3 аршина, шириной в ½ аршина. Этот надгробный камень Мирзы Улуг–Бека, внука Тимура (как говорят в Самарканде, сына Тимура), умершего в 853 (=1449) году; бока и часть верхней поверхности этого камня покрыты известью.

5) Камень разбит; на месте его находится призма из кирпичей, недавно покрытая известью; под этой призмой находится плита из белого мрамора. Этот надгробный камень — Мирзы Ибрагима, сына Улуг–Бека, умершего в 854 году.

6) Камень весь покрыт известью; он считается надгробным камнем Мирзы Беди’, сына Мирзы Улуг–Бека, умершего в 853 году.

7) Камень из серого мрамора, хорошо сохранившийся и совсем покрытый изречениями из Корана. Этот надгробный камень Наипа, сына Улуг–Бека.


Мавзолей эмира Тимура–Курагана (Гур–Эмир). Внутренность мавзолея. Вид фамильного склепа (дахме) Тамерлана

Вблизи от входа в мавзолей есть отверстие в полу; через него по лестнице можно спуститься в комнату, находящуюся под верхней часовней. Эта нижняя комната очень низка и выстроена сводами из жженых кирпичей, без штукатурки и всякого украшения. Голые кирпичи здесь удивительно хорошо сохранились. На полу, именно на тех самых местах, где в верхнем покое находятся семь надгробных камней, лежат столько же тонких мраморных плит с надписями. Под ними похоронены выше упомянутые лица.


Самарканд. Базарная площадь между трех медресе (Ригистан)

В средине города близь базара построены три медресе, которые своими великолепными фасадами образуют квадрат, площадь Самаркандского ригистана. Это единственное место в Самарканде, где заметно старание симметрическим расположением строений произвести на зрителя приятное впечатление. Если бы строения эти были в хорошем состоянии и площадь между ними содержалась сколько–нибудь в чистоте, то она представляла бы редкое для города Средней Азии украшение. Но жители Самарканда нисколько не поняли мысли строителей и наполнили эту площадь кучею самых некрасивых лавок и глиняных избушек до самых стен медресе, между которыми ведет очень узкая улица. При большом пожаре нынешнего года эта часть базара более других пострадала, и даже совершенно сгорела, так что теперь только выказываются медресе во всей своей прелести. Сгоревшие лавки ясно доказывают, что средняя улица не имела более двух или трех сажен в ширину, и я удивляюсь, как Вамбери мог приложить к описанию своего путешествия картину, где эта площадь представлена обширною и величественною, так как он должен был найти базарную площадь еще покрытою избушками. Как мне сообщил главнокомандующий войсками, он приказал очистить эту площадь и запретил вновь строить на ней лавки. Так теперь только, когда «неверные» заняли эти места, прекраснейшее место Самарканда будет почитаемо как следует.

К сожалению, я нашел медресе пустыми (ибо все муллы убежали), и я должен основываться на незначительных сообщениях своего проводника.


Медресе Шир–Дар, построенное Яланктуш–Багадуром,
везирем Имам–Кули–Хана. Вид на главный фасад (западная сторона)

Эти три медресе называются: Медресе–и–Ширудар, Медресе–и–Тиллекари и Медресе–и–Улуг–Бек. Фасады их богато украшены мозаикой из матово–зеленых, темно–синих, белых и красных изразцов, вроде Тюрбети–Тимура. На Медресе–и–Улуг–Бек, кроме того, над средним порталом изображены два больших тигра. Две друг против друга лежащие медресе имеют по обеим сторонам высокие, из кирпичей сложенные колонны, которые также украшены мозаикой. Все три медресе выстроены в квадратах, окружающих внутренние дворы. Снаружи лишь на лицевой стороне есть ниши дверей и окошек. Ниши остальных трех сторон обращены внутрь дворов. Фасады этих зданий украшены великолепными порталами со сводами до самой крыши их. На остальных трех задних корпусах находятся глазурованные куполы в форме дынь.


Медресе Шир–Дар. Внутренний двор (северная сторона)

1) Медресе–и–Ширудар. Построена Ялангтуш– (не Еленктош–) Багадуром в 1010 году. Войдя через главный портал во внутренний двор, в средине трех остальных сторон строения также видишь довольно высокие порталы порталы, между которыми ниши дверей к кельям показываются в двух этажах.


Медресе Шир–Дар. Внутренний двор (восточная сторона).
Вид двухэтажных келий, окружающих внутренность двора

Каждая дверь ведет к отдельной келье, обитаемой двумя муллами. Медресе–и–Ширудар состоит из 64 комнат, следовательно, в ней могут жить 128 мулл.


Медресе Тилля–Кари, построенное Яланктуш–Багадуром,
везирем Имам–Кули–Хана. Главный фасад (южный)

2) Медресе–и–Тиллекари устроена 18 лет позже Ширудара, в 1028 году. Внутреннее устройство ее совершенно сходно с первой.


Медресе Тилля–Кари. Внутренний двор (южная сторона). Главная ниша

В ней только 56 комнат, и жило оттого здесь только 112 мулл.


Медресе Тилля–Кари. Вид одноэтажных келий, окружающих двор

В левом флигеле Медресе–и–Тиллекари есть мечеть, построенная с высокими сводами, в которой ступеньки для имама из белого мрамора. Украшения ниш мечети похожи на украшения ниш Тюрбети–Тимура.


Медресе Тилля–Кари. Возвышение (минбар) внутри главной мечети


Медресе Тилля–Кари. Ниша для моления (михраб) внутри главной мечети

Вакуфы этих обеих медресе находятся на юго–западе от города Катты–Кургана, и занимают все пространство между Нурпаем и горами Тим–таг, на протяжении деревень от Агекши до Ширин–хатуна. Эти вакуфы подарены медресе самым Ялангтушем.


Медресе Улуг–бека. Главный фасад (восточный)

3) Медресе–и–Улуг–Бек, внука Тимура. Она гораздо меньше остальных медресе и только одноэтажная. В ней 24 комнаты, в которых помещалось 48 мулл.


Медресе Улуг–бека. Вид одноэтажных келий, окружающих внутренность двора

На задней стороне ее есть мечеть, которая была разрушена, но теперь сызнова поправлена. Потолок в ней теперь деревянный, подпираемый деревянными столбами с хорошей резьбой. Двор ее, как у остальных медресе, вымощен булыжником.


Медресе Улуг–бека. Вход в соборную мечеть

Великолепнейшая из всех медресе и истинно величественное здание времен Тимура есть Медресе–и–Ханым. Построена она в 791 году, женою Тимура. Без сомнения, она служила образцом для выше описанных трех медресе, ибо всем своим устройством она с ними сходна; но так как она большею частию разрушена, то можно ее развалины понять только с помощью сравнения их с вышеописанными медресе.


Медресе Биби–Ханым. Общий вид с юго–востока


Медресе Биби–Ханым. Вид главного входа с наружной стороны

По объему Медресе–и–Ханым гораздо больше вышеописанных. Минареты у лицевой стороны ее были в диаметре почти вдвое более куполов тех медресе. По большей части эта медресе, как я уже сказал, разрушена, и из распавшихся ее кирпичей построены ближайшие улицы.


Медресе Биби–Ханым. Минарет на северо–западном угле

От переднего корпуса остался только один портал и основание минаретов. Боковые флигеля совершенно разрушены, один средний портал левого флигеля частию уцелел и употребляется теперь как амбар.


Медресе Биби–Ханым. Соборная мечеть (мечети–джами). Вид главного фасада

От заднего корпуса осталась только всреди его лежащая мечеть: она лучше всего сохранилась. Свод купола этой мечети очень высок. Украшения внутренних степ совершенно отпали. Купол треснул и образовалась щель, шириною более аршина. Все–таки строение так крепко, что оно стоит уже десятки лет, не изменившись нисколько.


Медресе Биби–Ханым. Соборная мечеть.
Мраморный пюпитр (лау) для корана внутри мечети

Внутри мечети есть огромный стол из белого мрамора.


Мавзолей гробницы жены эмира Тимура–Курагана, Биби–Ханым (гури–Биби–Ханым)

Нельзя не сознаться в том неприятном впечатлении, которое на нас производит настоящее состояние этого великолепного здания с его прелестными украшениями из мозаики: впечатление это возбуждает чувство презрения к жителям, небрежность которых довела это строение до разрушения. Сравнивая величину Медресе–и–Ханым с остальными медресе, можно смело сказать, что здесь несколько сотен келий давали помещение ученым муллам.


Гробница святого Кусама ибн Абасса (Шах–Зиндэ)
и мавзолей при ней. Общий вид с юга (вход)

Вне города, на северо–восточной стороне, находится могильная часовня Шах–Зиндэ (Касим–бен–Аббаса). Здание, в котором могила этого святого, стоит на довольно значительной возвышенности и окружено со всех сторон огромными кладбищами, которые тянутся почти до самого города. Вся терраса с улицы до часовни наполнена разными строениями, которые своею неправильностью доказывают, что строились они в разные времена.


Гробница святого Кусама ибн Абасса (Шах–Зиндэ)
и мавзолей при ней. Общий вид с северо–запада

К самой часовне Касим–бен–Аббаса ведет между разными зданиями довольно узкая улица, вымощенная булыжником. Мраморных ступеней, о которых говорить Вамбери, я не видал. В сопровождении нескольких мулл мы поднимались к часовне; нас окружала безмолвная тишина; в разных местах видели мы молящихся в тихом созерцании.


Мечеть Шах–Зиндэ. Общий вид с юга

Через портал и узкий, устроенный сводами коридор нас вели к очень богато убранной мечети. Здесь мои спутники исполнили короткую молитву, и по окончании ее мы вошли через маленькую дверь в небольшую комнатку, в которой стояло знамя святого. На западной стене комнаты была приделана железная решетка. За ней находилась могила. Мои спутники с благоговением прикладывали свои лица к решетке, гладили ее руками и читали фатху. Я также подошел к решетке и увидел сквозь нее маленькую комнатку из жженых кирпичей, в которой и находится могила, выложенная кирпичами. На могиле лежала большая куча синих и зеленых тряпок.


Могила святого Кусама ибн Абасса (Шах–Зиндэ), умершего в 57 г. хиджры

Спутники мои объяснили мне, что, согласно обычаю, следует дать хранителю могилы маленький подарок. Я подал тому мулле, который казался здесь хозяином, рубль серебром. До сих пор была вокруг нас святая тишина, все казались тронутыми набожным благоговением, но подарок мой изменил все. Другой мулла объяснил, что деньги следовало дать ему, и затем начался между заинтересованными сторонами спор, который, несмотря на святость места, они вели самой оскорбительною бранью, и в который вмешивались все присутствующие. На меня сцена эта произвела столь неприятное впечатление, что я поспешил оставить святыню.


Мечеть (ханака) Шах–Зиндэ. Пюпитр с кораном,
пожертвованным бухарским эмиром Насруллой

Мечеть и часовня, должно быть, когда–то были великолепно украшены; но уже давно и здесь исчезло прежнее великолепие. Богато украшенный потолок и полива на стенах большею частью отпали, а сделанные поправки очень грубы и без вкуса. Когда я спросил, было ли здесь летнее жилище Тимура, никто из присутствующих не мог мне дать ответа. Все, что я мог узнать, было то, что здание это построено в 795 году хиджры, и что Касим–бен–Аббас скрылся здесь живой в земле.




Места бывших брешей, через которые самаркандцы
во время штурма врывались в цитадель 2—8 июня 1868 года

На юго–восточной стороне города находится цитадель. Она в отношении к городу очень велика и имеет несколько верст в окружности. Вал, окружающий эту крепость, очень невелик, но стена толста и высока. Так как здесь несколько дней тому назад была ужасная борьба, и, кроме того, крепость вся перестраивается русскими, то понятно, что все здесь в большом беспорядке и в совершенно другом состоянии, нежели было прежде. Заметить можно было, что все внутреннее пространство цитадели некогда занято было множеством маленьких зданий, между которыми извивались узкие улицы.


Самарканд. Постройки внутри цитадели

Посреди этих домов находится замок эмира, в котором эмир проживал несколько летних месяцев, и где всякий новый эмир должен принимать власть предшественника.


Дворец бухарских эмиров Кок–Таш.
Вид входа в приемный двор (со стороны двора)

Снаружи этот замок очень мало отличается от других зданий крепости, только окружающая его стена немного выше и правильнее остальных стен. Дворец состоит из множества дворов, флигелей и больших зданий с галереями, соединенными между собою без всякого порядка. Дома все из глины, и лишь некоторые из них оштукатурены. Нигде я не замечал ни малейшего следа пышности или царской роскоши. Правда, что прежде этот дворец представлял другой вид, чем теперь, когда он преобразован в больницу.


Дверь в приемную залу эмиров

Единственная достопримечательность, найденная мною в замке эмира, есть знаменитый Кокташ (Синий камень), восседая на котором, эмиры вступали в управление краем. Он находится на большом дворе в средине довольно аккуратно встроенной галереи. За камнем есть в стене ниша, украшения которой сходны с украшениями ниш Турбети–Тимура. Этот так называемый Кокташ есть большой кусок белого мрамора с едва заметными синими жилками. Он гладко обтесан, и только на верхнем крае есть узкая полоса высеченных со вкусом арабесок. Вышина Кокташа 1½ аршина, длина его 15 четвертей а ширина семь четвертей.


Трон эмиров Кок–Таш в приемном дворе

На стене висят еще теперь оба фирмана, о которых говорит Вамбери, но они написаны простыми чернилами — не золотом. В стене, налево от задней ниши, есть продолговатый черный камень, на котором находится надпись.


Дворец бухарских эмиров Кок–Таш. Ниша в приемной зале

Замок эмира доказывает во всяком отношении, что он построен не очень давно. И во всей крепости нигде нет старинных строений, за исключением кладбища, находившегося на краю крепости, и могилы Кутф–и–Чердаун.


Мавзолей святого Шейха–Нуретдина–Башира (Кутби–Чаардахума)

На этой могиле построена часовня, украшенная снаружи мозаикой. К могиле этого святого спускаются по многочисленным галереям и подземным ходам много ниже уровня крепости. Она точно так же, как и могила Шах–Зиндэ, построена из кирпичей и покрыта кучею тряпок. Здесь та же решетка, охраняющая святое место от приближения посторонних лиц. Теперь, когда часовня оставлена совершенно, и решетка не была заперта, я мог осматривать могилу очень свободно. На могиле я нашел продолговатый камень, похожий на камень в стене у Кокташа, только надпись, к сожалению, была на многих местах не так ясна.

Говорят, что эта могила построена во времена Тимура.


Развалины цитадели Афросияб

Во время царствования этого государя Самарканд быль гораздо обширнее, чем теперь. Крепость самаркандская была тогда не здесь, но в 3—5 верстах к северу от города. Я посетил это место и нашел здесь возвышенность довольно значительную, на которой была, как казалось, еще искусственная насыпь, вероятно, прежняя цитадель. Место это великолепно для обороны, ибо природа защищает его от всякого нападения, и по своей близости оно владеет совершенно городом. Здесь я заметил много довольно глубоких ям, о которых мне говорили, что жители во время войны зарыли в них свое имущество.


Медресе Надыр–Диван–беги. Главный вход

К юго–востоку от города, около 1½ версты от Бухарских ворот, лежит среди садов Медресе–и–Ходжа–Эхрам. Устроена она совершенно по образцу Медресе–и–Ширудар, и украшена подобными же украшениями из мозаики.


Медресе Надыр–Диван–беги. Вход в соборную мечеть

Основана была эта медресе 320 лет тому назад. Купол над мечетью уже разрушается. Здесь 30 келий, в которых живут 60 мулл.


Медресе Надыр–Диван–беги. Вид одноэтажных келий, окружающих внутренний двор

Возле этой медресе превосходный сад с очень высокими деревьями. В этом саду новая мечеть, которая также очень повреждена, и четырнадцать лет тому назад вместе с медресе была реставрирована.


Мечеть Ходжи–Ахрара

В саду находится возвышение, окруженное кирпичною стеною, и на нем могила Ходжи–Эхрама. На могиле лежит высокая плита из черного мрамора, вся покрытая надписями; перед могилой стоит высокое знамя и столб, на котором зажигаются свечи. Мне рассказывали, что умер Ходжа–Эхрам 396 лет тому назад.


Мечеть Ходжи–Ахрара. Общий вид кладбища святого Ходжи–Ахрара и мечети

Из новых медресе заслуживает еще внимания только Медресе–и–Али, построенная эмиром Мусафаром и состоящая из большого одноэтажного квадрата. Она построена из простых саженных кирпичей. В ней 48 келий для мулл; на дворе этой медресе большой четыреугольный бассейн, окруженный прекрасными деревьями.

Кроме этих медресе и могильных часовень, есть в самом городе и в садах еще большое количество мечетей и могил, пользующихся большею или меньшею известностью. Я упомяну только о главных из них, которые я сам имел случай посетить.


Вид г. Самарканда от мазара святого Хызра (Еноха)

1) Мехтюм–и–Хоразм. Большое кладбище с множеством могил святых из известной семьи, 120 лет тому назад переселившейся из Хоразма. Многие из этих могил украшены большими стоячими мраморными плитами. У кладбища находятся две мечети с великолепными фруктовыми садами и бассейнами; у этих мечетей есть и маленькая медресе из 6 комнат. Здесь теперь еще живут потомки святых. Но я не видал ни одного из мулл: они все после взятия Самарканда убежали.

2) Могила Ходжи Ниснетдара, умершего около 800 лет тому назад. Могила построена из кирпичей и окружена деревянной решеткой. Возле могилы есть мечеть, построенная купцом Хаджи–баем.

3) Могила святого Ходжа–Якуба. Могила украшена куполом, построенным, как говорят, во времена Тимура. Возле могилы старая мечеть во вкусе Турбети–Тимури, и рядом с ней новая мечеть, построенная купцом Хаджи–баем. В древней мечети находится отверстие к самой могиле святого Ходжа–Якуба. На последней же я нашел такой же долговатый черный камень, как прежде описанный.

4) Меджид–и–Календер. Могила святого Календер Хаджи–Сефа, пришедшего из Мекки в Самарканд, построена из кирпичей, окружена деревянной решеткой и покрыта деревянной крышей. Недалеко от самой могилы есть обыкновенная мечеть. К ней принадлежит великолепный огромный фруктовый сад. Здесь много маленьких хижин, где бедные и пилигримы находят пристанище. Все доходы с этого сада принадлежат бедным.


(Окончание следует)



Фотографии Н. В. Богаевского и рисунки Л. А. Шостакова (Шестака) заимствованы из «Туркестанского альбома» (1871—1872).


Другие описания Самарканда:
Е. Л. Марков. Самарканд: русский город и цитадель;
Н. А. Варенцов. Слышанное. Виденное. Передуманное. Пережитое;
В. Н. Гартевельд. Среди сыпучих песков и отрубленных голов;
С. М. Прокудин–Горский. О применении фотографирования в истинных цветах к наглядному изучению России.



http://abd56.livejournal.com/4961995.html

Разоблачаем ! Миф боя на мечах


Разоблачаем ! Миф боя на мечах

Известный британский мастер фехтования и постановщик поединков Ричард Райан

Как вы думаете, что не так в этом поединке ? Да и в общем то почти во всех художественных сценах боя на мечах есть одно очень грубое допущение, по сравнению с реальным боем. Погодите, но что может быть не так с боем на мечах? Ведь, в конце концов, существует не так уж много способов ударить острой железякой другого человека. Взгляните, например, на эту боевую сцену из фильма «Царство Господне»:





При защите рубящим мечом часто сильно непонятен аспект применения оружия. Крайне важно понимать, что защиты (противодействие, блокирующее атаки) средневековым мечом или любым заточенным рубящим клинком выполняются не гранью клинка, а плоскостью («mit der flech»). Однако поразительно, как часто эта основная истина фехтования нарушается или игнорируется. Многие  продолжают наивно верить, что лезвием рубящего меча можно легко блокировать удар, или что этому следует отдавать предпочтение.

Если у меча острое сильно закаленное лезвие, или тупое и более мягкое, парирование лезвие-в-лезвие быстро приведет его в негодность (что видно во многих фильмах и видеозаписях поединков). Такое действие ускоряет поломку меча. Например: даже без заточки лезвия лучшие реплики рапир сегодня немедленно начнут получать множество мелких и заметных выбоин на своих «лезвиях», полученных от контакта клинок в клинок во время простых упражнений. Это еще больше относится к более широким мечам с лезвиями, предназначенными для рубки. Фактически, принятие сильного удара на закаленную грань настоящего меча может вызвать его поломку (это редко случается сегодня с более мягкими цементированными репликами, используемыми для театрального боя, напротив, их более толстые мягкие грани можно неоднократно бить и заново обтачивать).

У рубящих клинков грани могут быть довольно твердыми, но они очень тонкие, в конце концов. Они слишком острые для того, чтобы их умышлено помещали на пути удара. Лезвия рубящих клинков должны оставаться острыми и не иметь зарубок или щербин. Как можно эффективно рубить мятым, зазубренным и жеваным лезвием? Хотя защита может быть выполнена рубящим лезвием, когда нет другого выхода, такое действие не является подходящим в обычной ситуации. Оружие этого типа не предназначено для применения таким образом, его не следует стремиться умышленно использовать для блоков лезвием.

Все еще можно услышать сегодня такие бредовые мнения, как: блок гранью меча «сильнее», т.к. меч «рубит» поперек клинка (!). Такие комментарии отражают полное отсутствие основных знаний о природе острой стали. Гибкость рубящего меча заключается в упругой деформации клинка от одной стороны к другой, и хорошие мечи специально разработаны с таким расчетом. Очевидно, что они не могут изогнуться правильно, если удар идет поперек лезвия.

Как руководитель АRMA и эксперт по мечам, Хэнк Рейнхардт многократно обращает внимание:
Если это было не так, как тогда мы объясняем явное и хорошо документированное отсутствие существенного повреждения на большом количестве исторических мечей, дошедших для нас? Они, конечно не все отполированы.

То, что такое оружие могло сохраниться многие годы и даже поколения ясно говорит кое-что и о манере, в которой это оружие использовалось, чтобы избежать повреждения лезвия.

Рейнхардт также добавляет:
Если вы еще не можете понять, почему для блокирования используется плоскость меча, то просто возьмите два больших, острых охотничьих ножа и ударьте их лезвиями друг о друга со всей силы. Тогда вы быстро поймете, что к чему.

Конечно, когда ваша жизнь под угрозой, чтобы избежать смерти вы действительно будете блокировать любым возможным способом. Но помните, что, прием клинком сильного удара может всегда закончиться его поломкой. Вы никогда не знаете, может ли ваш меч выдержать каждый блокируемый удар. Кроме того, прием клинком шлепков и ударов при парировании может позволить противнику применить любое количество приемов, направленных на соединение и подготовку ловушек для клинка, а также отбить ваш клинок в сторону и подойти вплотную.

Здесь, вероятно, надо точно определить, что понимается под «лезвием» меча. Лезвие (грань) образуется пересечением плоских сторон, которые имеют все мечи. Но оно также может определять и заточенную, рубящую часть клинка, т.е. «собственно лезвие». Все мечи имеют «грани», но не все грани острые или даже в состоянии быть таковыми. Клинок с толстым поперечным сечением и большим заострением не могут иметь хорошо заточенного лезвия, как и не смогут рубить глубоко. Существует много примеров таких клинков от средневековых эстоков до рапир и почти всех малых мечей. Вдобавок, грани мечей могут иметь разную степень заточки. Лезвие катаны не означает то же самое, что у спадона, а лезвие фальшиона не идентично сабельному.

Сегодня люди часто хотят думать, что они могут парировать лезвием, либо потому, что они видят это по телевизору, либо потому, что они не представляют себе, как это сделать иначе. Основная часть проблемы непонимания того, как парировать, вызвана театральным фехтованием и сценическим боем. Многим покажется удивительным, что почти невозможно найти пример театрального фехтования или сценического боя, где клинки не сталкиваются грань-в-грань. Причины того, что на курсах сценического боя учат так, связано больше с безопасностью, чем с реализмом боя (правильно защищаться учить долго, и неправильные методы теперь стали доктриной).

Взгляните на это видео реконструкции боя времён викингов. Обратите внимание, насколько он физичен, как его участники используют щиты и как их мечи ни разу не соприкасаются:






Фактически, в каждом примере боя на мечах в фильмах, по телевидению и даже в живых шоу бойцы блокируют непосредственно лезвиями. Это неверно и по сути своей ошибочно (несмотря на решающее, фундаментальное непонимание, подобно этому, мы часто склонны принять теорию сценического боя как, своего рода, проявление настоящего «боевого знания» со стороны исполнителей).

Уважаемый итальянский производитель мечей Фульвио Дел Тин недавно сказал по этому поводу:
…Неправильно бить мечами грань в грань … лучше отклонить меч противника. Те люди, которые исполняют бой неправильно… используют мечи в полную силу лезвие в лезвие… Я хочу, чтобы в будущем многие люди учились тому, как биться правильно, вместо того, чтобы подражать голливудским героям.

Итак, для тех, кто не схватил интуитивных или технических аспектов того, как и почему следует парировать плоскостью заточенного меча, вместо того, чтобы подставлять грань, остается только вопрос того, откуда мы знаем, что это так. Есть ли в каких-нибудь исторических боевых руководствах детальное описание того, как парировать? Фактически, по большей части ответа нет (коли на то пошло, они даже не учат, как рубить). Защиты редко определялись в точных терминах. Их описывали больше как базовые защитные действия, чем как положение меча, и идея заключалась скорее в движении уклонения и контрударе, чем в блоке. Существует даже некоторый недостаток любых примеров прямых блоков мечом в работах средневековых художников.
Не вдаваясь в технические аспекты фехтования, достаточно сказать, что попытка уйти от удара предпочтительнее попытки парировать его. Идея в том, что действеннее и эффективнее контратаковать, чем парировать и бить снова (это описано в руководствах). Существует много путей отведения ударов контрударом, вместо препятствия ему жестким блоком. Нет реальных инструкций по парированию даже среди множества средневековых боевых руководств, возможно, исключая скандинавские саги. Это может быть очень хорошо, потому что всякий раз, когда возможен блок плоскостью, подобно рубке лезвием, это считалось такой очевидной и естественной функцией меча, что об этом не надо было говорить.

В скандинавской «Саге о Кормаке», Кормак отбивает меч Берси «Хвитинг», используя лезвие меча «Скофнунга», который он позаимствовал у своего друга Скегги. Он отламывает конец у берсивского Хвитинга своим блоком, но при этом появляется глубокая зарубка на Скофнунге, и это огорчает его, т.к. это был меч Скегги и Скегги будет «очень сильно раздосадован». Вдобавок, иллюстрации в немецком манускрипте 13 века, посвященном мечу и баклеру (Tower Manuscript «I.33″) довольно ясно показывает использование плоскости в нескольких отклоняющих и шлепающих защитах. Фактически, в любом средневековом и ренессансном руководстве по мечу очень понятно именно то, что «защита», кажется, должна быть отклоняющим действием, а не прямым блоком, как в печально известных многих театральных боях.

Это также согласуется с тем, как учат блокировать катаной в традиционном японском фехтовании (где, чтобы сохранить остроту переднего лезвия используется более толстая спинка оружия — как и в случае других клинков с одним лезвием). В кендзюцу прямому блокированию также предпочитаю отведение ударов и движения уклонения.
Это сходно с методами, описанными в средневековых европейских руководствах и подкрепленными практикой современной реконструкции (но, конечно, не придуманными условиями спортивного фехтования или сценического боя). Несмотря на многие различия, как основные, так и второстепенные, физические принципы , лежащие в основе японского и дорапирного европейского фехтования, в сущности одинаковы.
В самом деле, подробные иллюстрации боевых поз и готовых стоек во многих средневековых немецких и итальянских изображают клинок, подготовленных для блокирования плоскостью, а не лезвием. Но путаница обычно возникает с теми действиями, в которых используется лезвие против лезвия, чтобы войти в соединение, надавить или поймать в ловушку после сближения. Но не замечают, что против сильных ударов существует много защит, которые могут быть выполнены правильно только при использовании плоскости клинка. Плюс к тому, самый легкий переход от эффективной защиты к сильному удару достигается только заслоном от удара плоскостью меча.

Не существует ни специального «поворота запястьем», вовлекаемого, чтобы использовать плоскость острого меча в парирующих ударах, ни происходит «колебания» или изгиба меча при защите таким образом. Существует также несколько способов отклонения и сбивания атак, вместо прямого блока. Даже рубящий удар одновременно с наносимым ударом противника — жизнеспособный прием (и опять, он является обычным в кендзюцу).

В западном фехтовании это было только с горизонтальным или «в линию» парирующим движением рапиры и позднее малым мечом (также как и некоторыми рубяще-колющими мечами), чтобы блок был введен — который спортивные фехтовальщики иногда называют «истинной защитой». Применение более быстрого и легкого оружия допускает немедленный контрукол, сделало эту возможность и необходимость. Даже тогда, с рапирой «уход» был предпочтительным средством защиты.

В более раннем фехтовании использование прямых «блоков» против ударов избегали как неэффективных, и современная практика подтверждает это. Вы сталкиваете два острых клинка вместе лезвие в лезвие, и они немедленно (и часто сильно) щербятся. Во французском тексте 1460 г. «Турнирная книга короля Рене», притупленные мечи используемые для турнира, описываются со следующим комментарием:
…поперечина должен быть такой короткой, чтобы она могла только блокировать любой удар, который случайно опустится или соскользнет вниз по лезвию к пальцам
. Если лезвие или гарда намеренно использовались для прямого блока, то, конечно, не могло быть сказано «случайно».

Недостаток внимания к прямому парированию заметен в немецких «боевых книгах» и итальянских руководствах по длинному мечу. Они также отсутствуют среди ренессансных мастеров, отстаивающих рубяще-колющий метод, таких как Джордж Силвер и Джозеф Светнам, как и в 1639 Паллас Армата и работах различных немецких мастеров.

Но, в некоторой степени, что смутило последователей исторического фехтования, так это использование защит ранними ренессансными мастерами Мароццо и Агриппой. Их трактаты полны мест, где они пишут о необходимости парировать этот или тот удар либо «правильным» (передним) лезвием, либо «ложным» (задним). Они часто точно определяют, какое лезвие использовать почти каждый раз при упоминании, какая защита должна быть сделана. Не может быть никаких сомнений, что они дрались и что они учили парировать лезвиями. Но, в отличие от жестких направленных ударов, уколы можно легко парировать лезвием, когда надо только проскользнуть и отклониться. Неудивительно тогда, что Агриппа и Бологнезские мастера Манциолино и Мароццо не упоминают в своих текстах парирования сильных рубящих атак — либо с более тяжелым мечом, либо против него (также интересно отметить, что Мароццо, как и более поздний мастер Ловино, оба коротко обсуждают использование двуручных мечей).
Но не может быть сомнений, что эти фехтовальщики не использовали средневековый рубящий меч, или настоящую рапиру без лезвий, но обучали применению сужающихся рубяще-колющих клинков. Делая акцент на использовании уколов над ударами в своем методе, они могли действительно слабо беспокоиться о всяких повреждениях, наносимых их клинкам парированием грань в грань. Вдобавок, по той же самой причине они не могли чрезмерно заниматься собственно выравниванием лезвия, необходимым для того, чтобы рубить после защиты (это трудно, когда парируешь лезвием вместо плоскости). Также очень похоже и вполне возможно, что отведение колющей атаки и последующий ответ своим уколом является тем, что приводит к их рапироподобному методу парирования лезвием. Однако, мы не можем игнорировать то, что они также придают огромное значение защите уходом.

Мароццо, Агриппа и другие ренессансные мастера защиты сражались преимущественно в городских условиях против противника, имевшего слабый или никакого доспеха. Они учили главным образом бою для дуэлей, а не для войны, и дуэли были часто непродолжительными. Так что мечи могли выдержать несколько выбоин и зарубок. Имея в виду, что в гражданских уличных драках, засадах и подзаборных стычках их эпохи, им не надо было наносить рубящие, раскалывающие удары по доспеху, чтобы рубить глубоко плоть и кости. Их удары должны были только покалечить настолько, чтобы либо заставить противника раскрыться для смертельного укола, либо удержать на расстоянии. Явная угроза жалящего, рвущего металлического лезвия, направленного на вас, может если не отклонить или отбить ваше оружие в сторону, то заставить подумать дважды об атаке. Даже на поле боя Эпохи Возрождения, удары более легкими клинками были направлены в суставы, прочь от стальных грудных пластин, а уколы были вполне полезны.
Другой главный источник непонимания относительно защиты острым клинком исходит из наложения спортивного фехтования на историческое. Неправильное представление о защите рубящим клинком является почти всегда результатом того, что шпажная/рапирная (или даже рапира/малый меч) теория неудачно применяется к рубящим мечам. В современном фехтовании их псевдооружием без граней можно блокировать любую и все возможные атаки, используя почти любую часть клинка. Хотя этот метод хорошо работает для спортивных форм, он совершенно ошибочен в применении к настоящим мечам с более плоскими, широкими рубящими клинками.

Думать в терминах слабого колющего клинка, выполняя сильные рубящие и встречные действия — неподходящая перспектива. Тогда как более легкие, быстрые клинки, сражающиеся острием, могут легко делать одиночные отклоняющие или останавливающие блоки с последующими немедленными контруколами, рубящие, ломающие клинки этого не могут. Вместо этого, должен быть сделан либо уход, контрудар (с применением отклоняющего контакта или без), либо применен прямой блок с последующей отдельной атакой. Это рассчитанный контрудар, который почти всегда предпочтителен.
Инструкторы спортивного и классического фехтования, обучающие на шпагах и имеющие небольшой опыт в более ранних военных мечах желают иногда доказать, что более широкими рубящими клинками (которые совершенно вне их компетенции) следует постоянно ставить блок лезвием. Глупо равнять методы парирования спортивными шпагами, рапирами и саблями (или даже историческими малыми мечами и рапирами) с парированием острыми рубящими мечами.

Также заслуживает внимания то, что хотя в основных защитных движениях, используемых в современном спортивном сабельном фехтовании, существует некоторое внешнее сходство с острыми средневековыми и ренессансными мечами, это не одно и тоже. Спортивные сабли также очень легкие и тонкие, их легкие хлещущие удары наносятся только запястьем. Оружие и метод, которые они пытаются воспроизводить, имеют только внешнее сходство с историческим применением средневековых и ренессансных рубящих мечей.

Исторически, многие боевые сабли имели довольно толстые лезвия и были зачастую не очень острыми. Они не были разработаны для противодействия доспеху и применялись больше для рубки и даже просто для «удара». Поэтому намного меньше уделялось внимания тому, использовалось или нет лезвие для защиты. Сходные вещи заметны в стилях фехтования китайского кунг фу и юга Тихого океана, которые редко или совсем не практикуют тест-рубку в своих тренировках. «В настоящее время некоторые практикующие ошибочно полагают, что использование лезвия так или иначе выравнивает запястье для лучшей остановки удара с более мощным сопротивлением. Все же, в действительности имеет место противоположность. Прямой блок лезвием лишает вас возможности правильно расположить клинок, что необходимо как для должной защиты, так и для ответного удара. Это также уменьшает лучший шанс сделать более эффективный ответный удар в любое открытие, созданное атакой противника. Даже известный авторитет по мечам Ewart Oakeshott, хотя он позднее изменил свое мнение, пал жертвой этой ошибки, создавая свою короткую работу «Рыцарь и его оружие» в 1960 г. (современные переиздания, однако, еще содержат ошибку).
Используя плоскость, на самом деле, лучше выровнять запястье и лезвие меча для более быстрого и спокойного ответного удара без потери времени и момента на поворот руки. Только таким образом блокирующее движение может быть превращено в более эффективный контрудар. Однако, в других действиях, таких как отклонение, соединение или удар по клинку противника, можно бить в плоскость как плоскостью, так и гранью. Опять же, это лучше всего понять после обширной практики в парировании репликами мечей и тест-рубки острыми клинками.

Проведя значительное количество времени, рубя острыми рубяще-колющими мечами, несомненно можно понять, что заточенный клинок должен оставаться настолько острым, насколько это возможно, чтобы быть эффективным в рубке.

Хотя, в отличие от более широких, тяжелых рубящих клинков, ренессансный рубяще-колющий меч обладает достаточной возможностью для парирования как уколов, так и ударов (других тонких клинков) с помощью либо лезвия, либо плоскость — хотя результатом будет значительное повреждение. Помните, что большинство одноручных мечей использовались вместе со щитом. Это был щит, применявшийся для защиты и блокирования, оставляя таким образом оружие свободным для предпочтительной и специализированной ударной работы. Это также справедливо для тех одноручных мечей, которые использовались с баклером или кинжалом. В случае двуручных мечей, роль защиты главным образом отводилась уходу, увертыванию и отклонению с противоходом.

Причина может быть связана с отсутствием выраженных граней на многих формах современного спарингового оружия (т.е. круглых палок, бамбуковых синаев, мягких «бофферов» и т.п.), что также может влиять на привычку парирования у некоторых бойцов. В результате становится непривычным использовать плоскость вместо грани.

Также важно обратить внимание на то, что приемы парирования, хорошо работающие в бою на палках или со смягченным оружием, не вполне эвивалентны тем, что применяются с тонкой полосой острого металла (т.е. настоящими мечами). Эти различия могут быть в полной мере оценены в практике защиты с незаточенными репликами мечей. Удары металла о металл могут перепрыгивать или отклоняться в сторону, самостоятельно меняя направление до момента полной остановки. Различия распространяются даже на использование затупленных театральных мечей. Большинство сценических или театральных мечей также слишком толстые и тяжелые, что делает их вполне способными выдержать неправильное блокирование лезвием. Конечно, это оружие никогда не предназначалось для рубки, не говоря уже о применении настоящими бойцами. Вдобавок, из-за большого числа дешевых имитаций, доступные мечи будут часто иметь слабый шатающийся клинок, чем смутят новичков, которые не смогут понять, каким образом надежно парировать с помощью плоскости.

В отличие от ошибочного блокирования лезвием, парирование плоскостью наоборот позволяет оставаться клинку неповрежденным, а упругость стали и форма клинка обеспечивают гибкость клинка под ударом. Помните, что в бою рубящими мечами вы пытаетесь не снова и снова бить со всей силы по мечу противника, а скорее рубить его плоть и кость. При защите вы не помещаете свой меч поперек его удара, как будто это щит, а пытаетесь отклонить удары, вынуждая удар отскочить или изменить направление движения, или даже отбить прочь своим собственным ударом. Этому не учат в театральном сценическом бою и редко, если вообще когда-нибудь показывают в живых хореографических постановках.

В сущности, чем дальше вы от рубки, тем меньше вы понимаете о защите и бое с заточенным оружием. Хуже всего — основывать понимание защиты на рафинированных приемах современного спорта, или на впечатляющих, преувеличенных искусственных движениях, предназначенных для развлечения зрителей. Наконец, что учит правильным приемам защиты с рубящим клинком — так это тренировка с правильными репликами, и практика контактных спаррингов с соответствующей экипировкой.

Комментарии о личном уровне:
Я провел годы, используя спектр исторически точных средневековых и ранне-ренессансных мечей как превосходного, так и не очень хорошего качества. Я видел множество клинков с выщербленными и изрубленными лезвиями, бьющимися друг о друга, но у меня никогда не возникало трудности с правильным парированием плоскостью или с предотвращением ненужного повреждения лезвия. Причина? Потому что, используя затупленные клинки для полуконтактного спарринга с защитной экипировкой и проводя тест-рубки с острыми мечами, вы учитесь тому, как их надо держать, чтобы сражаться эффективно. Эти два жизненно важные элементы фехтования («тупая» практика и «острая» рубка) полностью отсутствуют в тренировке тех, кто верит, что лезвие рубящего меча используется для блока. В отличие от клинчей сценического боя, настоящее фехтование не пытается поразить оружие противника, оно пытается поразить его самого.
К сожалению, существует активная группа инструкторов спортивного фехтования, балующихся хореографией, которые продолжают ложные и ошибочные суждения о парировании лезвием рубящих клинков. Они распространяют свои мнения в Интернете, хотя они имеют слабый или никакой интерес к «военному оружию», находящемуся целиком за границами их узкой специализации. Их теории о средневековом и раннеренессансном бое не проистекают из длительных исследований исторических руководств, не основаны на серьезной тренировке, контактных спаррингах с заостренными репликами мечей и тест-рубке острыми клинками. Вместо этого они получены из их понимания того, что может быть сделано спортивной шпагой, рапирой и толстыми затупленными сценическими мечами. Вместе с привычками спортивного фехтования, это объясняет, насколько ложно они интерпретирую вещи, которые должны быть полностью вопросом явного здравого смысла.
Очевидно, неуместность теории театрализованного боя формирует основание для того, во что они верят. Они основываются на том, что они думают, будто знают о парировании на своеобразных склонностях сценического боя … который, помним (и это высоко важно), в действительности не предполагает касания противника или разрубания чего-либо, но скорее ненужных, чрезмерных и бессмысленных театральных столкновений клинков. Любому, кто значительное время держит реальное оружие или выполняет реалистичные тренировки, их взгляды показывают глубокое пренебрежение как природой стали как таковой, так и острых рубящих лезвий.

Как человека, которого инструктировал ведущий национальный эксперт по мечам, а также как потративший почти два десятилетия, тренировки, спарринги и тест-рубки со всеми видами реплик мечей, меня тошнит от их дезинформированных мнений, выдвигаемым с пустым «авторитетом». Таким личностям, как Хэнк Рейнхардт и я, которые проводят свое время в изучении, исследовании и практике исторических мечей, такие точки зрения на рубящие клинки — глупость. С одной стороны вы хотите смеяться над ними. Действительно ли они тупы, можем удивиться мы? Они что, так сильно поглощены самомнением? Но с другой стороны, действительно очень печально, что они продолжают увековечивать этот распространенный и полностью необоснованный миф о парировании лезвием рубящего меча.
Те, кто рассматривают парирование рубящими мечами в терминах спортивных рапир и шпаг, или малых мечей — введены в заблуждение. Дальше больше, обращение к шпажным методам за поддержкой защит лезвием рубящих мечей — смешно. Для рубящего клинка просто нет каких-либо исторических доказательств парирования лезвием. Ясны и неоспоримые факты — что случается с гранями, когда удар не может быть пропущен. Важно понять, что в то время как сталь твердая и прочная, мечи и их лезвия не являются неразрушимими.

Также, совпадающую ссылку мы имеем в японском фехтовании, где не использование лезвия для блока не может быть никаким образом проигнорировано или отвергнуто как «стилистическое». Все же находятся те, кто продолжает отвергать все эти вещи, в результате чего они выглядят идиотами.

В заключение, настоящий вопрос здесь не в том, могут или нет средневековые и раннеренессансные мечи правильно защитить своими плоскостями (конечно, да). Вопрос в том, почему люди так пылко цепляются за очевидную дезинформацию и миф. Когда приходится парировать рубящими мечами, если один практически не тренировался с точными репликами, не практиковался в реальности против опытных противников, то он не может знать, о чем он говорит.

Джон Клементс (ARMA)

Напомню вам что из себя представляет Японский меч.  А так же как вы помните были такие: Берсерки — неистовый спецназ викингов


http://masterok.livejournal.com/1011621.html

«Кадырова критикуют только враги русского народа»



«Кадырова критикуют только враги русского народа»

Оригинал взят у v_fedotov в «Кадырова критикуют только враги русского народа»

Глава синодального отдела РПЦ Всеволод Чаплин объяснил: вся Россия, за исключением узкого круга "врагов", искренне обожает Рамзана Кадырова.

На международном форуме «Ислам – религия мира и созидания», который проходит в Грозном и посвящен памяти Ахмата-Хаджи Кадырова, глава синодального отдела РПЦ по взаимоотношениям церкви и общества Всеволод Чаплин сегодня произнес следующее:

Я знаю, как среди чеченского народа позитивно относятся к президенту России господину Путину, я знаю, что в русском народе уважают и с симпатией относятся к Главе Чеченской Республики господину Рамзану Кадырову. Но есть, конечно, люди, которые его критикуют, но, заметьте, что, как правило, это те самые люди, которые, находясь в России, критикуют и Россию, считают, что ее народ слишком глуп, чтобы решать свою собственную судьбу.

Есть такая прослойка в Москве, в некоторых других российских городах, которая не воспринимает уважительно ни российскую власть, ни самое главное – российский народ. Вот эти люди критикуют сегодня то, что происходит в Чеченской Республике, и, как правило, это люди, которые не друзья ни чеченскому народу, ни русскому народу.


Господин Чаплин!

Хотел бы сказать Вам несколько слов о Рамзане Кадырове, которого Вы в рамках своих тезисов практически уравняли с Путиным, представив их как самостоятельных правителей двух народов. Почти уверен: говоря, что в русском народе уважают и с симпатией относятся к Кадырову, Вы искренне заблуждаетесь. Я думаю, что большинству Кадыров безразличен. А среди тех русских, кто знает о нем чуть больше среднего, отношение скорее негативное, чем позитивное. Постараюсь Вам объяснить, почему.

caf27b5bb0ec827d0dcdd9871231c314Во-первых, Кадыров – это «человек с «золотым пистолетом» (буквально), который публично отплясывал на деньгах в то время, когда большая часть России недоедала (а значительная часть её недоедает до сих пор). Подобного неуважения и хамства не позволяли себе самые одиозные олигархи. Не позволяли они себе и столь роскошных кортежей.

Во-вторых, Кадыров – руководитель глубоко дотационной республики, в которую вкачиваются огромные суммы, заработанные другими регионами РФ. Регионами, которые не могут похвастаться выложенными мрамором городами и современными небоскребами. Но на вопрос, откуда деньги, Кадыров говорил «Аллах дает». Это вместо банального «спасибо». Кстати, на людей, позволивших себе возмутиться этой странной экономической моделью, у нас заводят дела по 282-й статье.

В-третьих, Кадыров – человек, чьи многочисленные регалии в области образования откровенно унижают людей, которые свое образование получали буквально в поту. Потому что Кадыров отвечает «забыл» на прямой вопрос, по какому праву он пишет диплом – гражданскому или уголовному.

В-четвертых, Кадыров – человек, воевавший плечом к плечу с самым страшным монстром, которого только знала Россия за последние 20 лет – с Шамилем Басаевым. Это было во времена, когда Кадыров боролся с русскими в рамках объявленного его отцом «джихада». Да, этот «джихад» был объявлен нам, России. И именно отцу Рамзана – Ахмату-Хаджи Кадырова – был посвящен форум, на котором Вы изволили теперь выступить.

В-пятых, Кадыров – человек, за которым тянется жуткий шлейф из убийств, похищений и пыток. Человек, о котором многие правозащитные организации говорят, как о чудовище. На это он обычно отвечает, что «доказательств нет». И, действительно, нет. Но есть имидж. И уже никто не удивляется, что политические соперники и недоброжелатели Кадырова гибнут один за другим, в том числе, в центре Москвы. Нет доказательств, нет и обвиняемых. Никогда.

В-шестых, Кадыров – человек, сделавший абсолютно неприкосновенными людей из своего окружения, их родственников, друзей и знакомых. Это вам подтвердит в частной беседе любой полицейский начальник, да что там, любой гаишник, реагирующий на автомобильные номера с буквами «КРА» по стойке «смирно». Говорят, дошло до того, что некоторые сотрудники ФСБ взбунтовались… А, впрочем, «доказательств нет». Как всегда у Кадырова.

06817c40d581Наконец, в-седьмых, и это главное, Кадыров руководит республикой, которая у многих ассоциируется с похищениями, работорговлей и терактами. Республикой, которая находится вне российского правового поля. Республикой, молодые и наглые выходцы из которой стали уже притчей во языцах в Питере и Москве. Республикой, название которой часто употребляют в одном предложении со словом «безнаказанность». Республикой, где футболистов могут избить прямо на поле (частота инцидентов сегодня объяснилась: в Чечне такое поощряется лично Кадыровым). Республикой, где женщина – человек второго сорта.Кстати, Кадыров как-то одобрительно высказывался об «убийствах чести» т.е. убийствах женщин, опозоривших род. Как Вы относитесь к «убийствам чести», господин Чаплин? Не желаете ли покритиковать Кадырова?

Зато Кадыров, безусловно, многое сделал для своего народа. Чечня восстала из руин. В ней теперь порядок, как при Сталине. А каждый чеченец может чувствовать на себе личную опеку Кадырова (если он ему, конечно, не личный враг). Так, совсем недавно Кадыров лично помог одному чеченскому парню выправить паспорт. По случайному совпадению, это парень оказался соучастником жестокого убийства Юрия Волкова, отпущенным из колонии досрочно, по УДО без признания и с рядом протокольных нарушений.

Короче: чеченцам есть, за что любить и уважать Кадырова. За что его любить и уважать русским, вопрос по-прежнему открытый.

Однако критику этого человека Вы, господин Чаплин, лихо увязываете с недоброжелательностью к русскому народу. Мол, если критикует Кадырова, значит, не любит русский народ и считает его глупым. С Вашей точки зрения, все, кто желает русскому народу добра, должен любить и уважать Кадырова – такого, какой он есть. То есть любить и уважать персональный символ того правового беспредела и несправедливости, которое мы имеем в России. Символ сказочного богатства за чужой счет, символ безнаказанности и кампанейщины, символ жестокости и произвола властей, символ бесправия наших граждан, символ купленных дипломов в конце концов…

0_30140_c2eca98b_XL_136Оригинальный Вы Человек, господин Чаплин. И у меня даже начинают возникать вопросы, исходя из Вашей же риторики и Ваших же взглядов на обустройство нашего общества, - а чьи интересы Вы представляете? Интересы РПЦ? Я сильно сомневаюсь, что Ваше заявление отвечает интересам данной институции, скорее, своими заявлениями Вы дискредитируете её. Интересы русского народа и православных верующих? Если следовать из Ваших слов, в их интересах любить Кадырова, а это немного похоже на угрозу. Интересы самого Кадырова? Не исключаю. Интересы тех, кто хочет обрушить последнюю иллюзию межнационального мира в России и подлить маслица в огонь? Очень может быть. Ведь Ваше заявление «кто критикует Кадырова, недоброжелателен к русскому народу», учитывая личность Кадырова, тянет на полноценную провокацию.

Не потому ли Вы, господин Чаплин, так настойчиво требуете от нас любить Кадырова, что у Вас с ним пугающе много общего?

Ведь, живя в небогатой стране, Вы неоднократно высказывались в пользу дорогих машин, роскошных резиденций и золотых украшений для нужд церкви. Примерно так же, судя по их атрибутам роскоши, понимает нужды Чечни и окружение Кадырова.

И именно Вы заявляли, что женщины своим вызывающим видом и манерами провоцируют мужчин на изнасилование. Что один в один перекликается с заявлениями самого Кадырова и слишком знакомым нам по криминальной хронике крикам «она сама виновата» (часто в этих криках слышен кавказский акцент).

Словом, господин Чаплин, стилистически у Вас с Кадыровым слишком много общего, чтобы не переспросить еще раз: Вы точно не его персональные интересы представляете, прикрывшись Церковью и дискредитируя ее?

Шучу, конечно. Но в каждой шутке есть доля правды. Подчас, изрядная.




http://ace1962.livejournal.com/447965.html

Наедине с бездной


Наедине с бездной





Фридайверы Кристина и Эусебио Саенс де Сантамария, также известные как One ocean One breath, исследуют океаны и другие крупные водоемы по всему миру, ныряя глубоко вниз на одном вдохе.





Женатая пара не просто погружается в бескрайние глубины воды, но также снимает свои рискованные подводные приключения на камеру. Во время очередной поездки дуэт фридайверов, взяв с собой только свой Nikon D7000 и набрав побольше воздуха в легкие, погрузился в сеноты полуострова Юкатан в Мексике.



Снимки с этой поездки демонстрируют невероятную красоту этих природных подземных резервуаров. Подводный ландшафт освещался “ангельскими” лучами света, падающими сверху сквозь толщу воды, что позволило дайверам сделать действительно “захватывающие дыхание” снимки.



Сложно поверить, что этой паре удалось сделать такие потрясающие снимки, опустившись глубоко в бездну без кислородных баллонов.












http://nyam-nyamki.livejournal.com/1269724.html

СПРАВЕДЛИВО ЛИ ПОСТУПИЛ СТАЛИН С ДЕПОРТИРОВАННЫМИ НАРОДАМИ



СПРАВЕДЛИВО ЛИ ПОСТУПИЛ СТАЛИН С ДЕПОРТИРОВАННЫМИ НАРОДАМИ



Оригинал взят у aloban75 в СПРАВЕДЛИВО ЛИ ПОСТУПИЛ СТАЛИН С ДЕПОРТИРОВАННЫМИ НАРОДАМИ





Насильственные выселения неблагонадежных целыми секторами отнюдь не изобретение «ужасного сталинизма»: даже не касаясь времен древних, уже в Век Разума культурные европейцы вовсю срывали людишек с насиженных мест...

Веселая Вена, скажем, в ходе WWI, санкционировала массовые высылки карпатских русинов, подозреваемых в «москвофилии», мужчин бросая в концлагеря типа Талергофа и Терезина, а семьи их обрекая на существование впроголодь, а часто и на смерть. По ходу дела активнейше применялись и превентивные казни: согласно документам, из 3,5 миллионов гражданских лиц «русьской национальности» было уничтожено без приговора (или по приговору «особых трибуналов») более 160000, в том числе, более 3000 православных священников, считавшихся «потенциальными шпионами» по статусу. Число же погибших «просто» при переселении во внутренние районы АВИ точно неизвестно, но никем не оценивается ниже, чем в 45-55 тысяч человек.

На этом фоне «депортационные» репрессалии, осуществленные в те же (1914-1916) годы Россией, — выселение из западных областей РИ около 200000 немцев, право же, кажутся верхом гуманизма: по крайней мере, согласно постановлению Особого совещания при штабе Главковерха, «Немцы-колонисты... подлежат обязательному временному выселению за собственный счет в местности вне театра войны с обязательным от властей устройством... Недвижимое имущество колонистов подвергается временному секвестру и передается в ведение Главного управления землеустройства и земледелия...».

И так далее. Уже в 1940-м британские власти, не глядя на гражданство, «интернировали» почти 75000 выходцев из государств, находящихся в состоянии войны с Великобританией, — в том числе, и беженцев, — плюс около 20.000 совсем еще недавно легальных «прогерманских» политических партий и в административном порядке определили их в концентрационные лагеря. А Штаты, со своей стороны, сразу после атаки на Перл-Харбор изъяли из обращения всех граждан Америки, мужчин, женщин и детей, у кого, хотя одна бабушка-дедушка был японцем, — всего 112 тысяч, — и тоже поместили их за колючую проволоку, на рудники, официально мотивировав акцию тем, что «Гадюка, большая она или маленькая, везде и всегда остается гадюкой». Позже, правда, выяснилось, что ни один из бедняг ни ухом, ни рылом к японской разведке отношения не имел, но все равно, ждать хоть каких-то извинений (о компенсациях речи нет) пострадавшим пришлось втрое дольше, чем «жертвам сталинизма».

Прошу заметить: речь идет не о коллаборационистах, а о людях, ничем себя не успевших запятнать, — то есть, о тех мерах, которые были в СССР реализованы исключительно в отношении немцев Поволжья, да и то с оговоркой, что выселение производится в рамках «мобилизации на трудовой фронт», а что вместе с семьями, считалось (и было) как раз немалой поблажкой, поскольку «трудфронтовцы», получая рабочий паек, могли содержать близких. Если же речь шла о реальном сотрудничестве с врагом, западные люди и вовсе не церемонились.

Правда, ни из Великобритании, куда немцы так и не добрались, ни из Франции депортировать по итогам было некого, зато неплохо поиграла в эти игры образцово демократическая Чехословакия: трагедия судетских немцев, изгнанных отнюдь не коммунистами, а либеральнейшим Бенешем хорошо известна. Вот про депортацию (не бегство от войны, но именно изгнание!) немцев померанских, как и про понесенные ими жертвы, известно куда меньше, а уж про изгнание русин-лемков, вообще, ни к чему не причастных, в чисто профилактических целях, детали ведомы только потомкам изгнанников, — и все это для «цивилизованной» Европы вполне в порядке вещей, тем паче, что и померанцы, и лемки были как бы «чужие».

Нет-нет, не подумайте, что я пою на тему «А у них негров линчуют». Хотя, кстати, именно тогда очень даже линчевали, но сейчас мы не о том. Я просто хотел показать, что депортации не были ни российским, ни советским, ни сталинским эксклюзивом, но, придуманные и апробированные «культурными людьми» задолго до того, считались вполне в порядке вещей. А чуть-чуть забегая вперед, констатирую и большее: на фоне описанных «актов предосторожности» т. н. «сталинские депортации» не кажутся, но реально являются странным для ХХ века примером умеренности, человеколюбия и гуманизма. И поскольку столь смелое заявление нуждается в доказательствах, предлагаю рассмотреть некоторые факты.

Для начала о цифрах. На эту тему написано так много, что если кому интересно, г-н Пыхалов в помощь: его многие не любят, но в играх с нулями еще никто не упрекал. Поэтому будут говорить вприглядку и даже с поправкой, — на бедность, — в пользу моих либеральных оппонентов. И даже так получается, что г-н Сахаров то ли лукавит, то ли не умеет считать. По его логике, если, скажем, русских к концу 1941 года под знамена Гитлера встало 300000 душ, то почему, дескать, русских не депортировали? А ведь понятно, почему...

Судите сами. Согласно переписи 1939 года, русских в СССР всего было вплотную под 100 миллионов. Из них в пределах РСФСР жили не все, а в оккупации тоже, ясен пень, оказались не все, но, по-любому, — исходя их примерных оценок немцами количества населения потенциального Reichskommissariat Moskowien, а также с учетом того, что к концу 1941 года оккупирована была где-то треть этого так и не случившегося рейхскомиссариата, — никак не меньше 20 миллионов. Следовательно, на путь сотрудничества с оккупантами встало максимум 1,5% населения (3% мужчин) оккупированных земель «коренной России», — то есть, абсолютное меньшинство, и с этим меньшинством, естественно, следовало разбираться в индивидуальном порядке. Что и делалось.

А вот крымские татары, — речь о них, поскольку пример эталонный, — совсем другое дело: там в коллаборационисты записалось практически все мужское население. Согласно справке Главного командования германских сухопутных войск, уже к 20 марта 1942 года «при численности населения около 200 000 человек татары выделили в распоряжение нашей армии около 20 000 бойцов. Если учесть, что около 10 000 человек были призваны в Красную Армию, то можно считать, все боеспособные татары полностью учтены». То есть, повторяю: женщины не в счет, их дело было дома сидеть, а из 90000 мужчин, — притом, что около 10 тысяч ушли по призыву в РККА, а около 30 тысяч составляли дети, старики, инвалиды, — из оставшихся 50000 две пятых (в общем, вся молодежь) добровольно надели военную форму. Плюс 7000 так или иначе работали на оккупантов.

И при этом, на 1 июня 1943 года, согласно архивам, из 407 активно действовавших в Крыму партизан къырымлы было шестеро. Правда, потом, когда залпы советской артиллерии стали звучать совсем внятно, многие полицаи-къырымлы резво помчались присоединяться к партизанам, — и позже большинство были без особых разборов полетов мобилизованы в РККА, — но к тому времени на совести у них числилось уже много чего интересного и некрасивого. Иными словами, коллаборационизм был поголовным и, уж простите, всенародным, от «национальной интеллигенции» до последнего пастуха с Яйлы, и даже если кто-то сам не служил, то благословил сына.

А теперь давайте смоделируем ситуацию зимы с 1943 на 1944 годы, которая была в действительности, только нам о ней, кроме того, что была, мало что известно. Предположим, мы с вами — коллективный товарищ Сталин. Сидим за столом, попыхиваем трубкой, а напротив сидят товарищ Берия и товарищ Суслов, имевшие поручение разобраться в ситуации с къырымлы и, — с учетом уже имеющегося опыта с Северным Кавказом, внести предложения. В папочке у Лаврентия Павловича — готовый план. И в папочке у Михаила Андреевича — тоже, т.н. «альтернативный план Суслова», о котором в свое время много писали.

Начинает, как более молодой, Михаил Андреевич. Его предложение просто и ясно: разбираться с изменниками Родины и их семьями по всей строгости действующего законодательства. То есть, в индивидуальном порядке: карателей расстреливать и вешать, тем, кто предал, но не запятнал себя кровью, давать сроки от 15 и выше, членов семей, их в предательстве поддержавших и от предательства кормившихся, тоже отправлять в лагеря, на сроки меньшие, а несовершеннолетних, естественно, в детские дома, потому что иначе некуда.

Все правильно, все по закону и по ситуации. Однако Лаврентий Павлович не согласен. То есть, что запятнавших руки кровью следует карать нещадно, возражений нет, но таковых все-таки меньшинство, максимум, несколько сотен. А если наказывать по закону всех, кто того заслуживает, получится, что весь мужской молодняк лучшие годы отсидит на морозе, а девушки впустую истратят репродуктивный возраст. А в итоге, народ перестанет существовать вообще. Что все-таки жестоко и не по-большевистски, — и выходит, что надо искать иные варианты. Например, взять весь народ, не глядя, кто заслужил 25 лет, кто 20, а кто червонец, и под суд никого, кроме палачей, не отдавать, а всех выселить в иные места.

Да, — говорит товарищ Сталин, — да. Товарищ Суслов, пожалуй, перегибает, а товарищ Берия прав. Потеря родины — это само по себе изрядное наказание. Но есть еще и такое соображение, что, судя по поведению къырымлы, оставлять их в столь сложном стратегически регионе едва ли будет дальновидно. И сверх того, можно ли не учесть, что коллаборанты сдавали и уничтожали не только партизан и евреев, но и гражданское славянское население из числа партизанских семей и вообще недовольных? Нет, не учитывать этого нельзя. Ибо бойцы РККА, вернувшись домой с фронтов, неизбежно начнут мстить, вполне по заслугам, и тогда опять-таки встанет вопрос о вполне возможной гибели всего народа. Спасибо, Лаврентий. А Вам, товарищ Суслов, пора взрослеть.

Вот так и решилось. Или примерно так. Весь народ — в ссылку навсегда. Но, не разлучая семьи. На вольное, — хотя и в специальном (не тюремном и не лагерном!) режиме поселение. С правом взять с собой все движимое имущество и обязанностью принимающих властей помочь с трудоустройством. Без посягательств на денежные накопления. Даже без поражения в гражданских правах. И даже с сохранением партийных и комсомольских организаций, а что это означало в те годы, sapienti sat.

А и еще сверх этого, — не в Сибирь и не на Крайний Север, чтобы вымирали, но в Узбекистан, края теплые, сытые, по рельефу и климату привычные, где население радушно и культурно близко. И с этим фактом, как ни крути, ничего не поделать. Если же кто-то решит, что я пристрастен и склонен писать неправду, в опровержение такой глупости сошлюсь на авторитет, который из всех авторитетов авторитет, — а уж для либералов, так и в первую очередь.

Ни для кого не секрет, что Семен Липкин, великий советский переводчик, написал, долго держал в ящике стола, а в разгар горбачевщины опубликовал в ДН, а затем и в Нью-Йорке роман «Декада» (полного текста, увы, не нашел, а большой отрывок здесь), — как раз на тему депортаций, о которых, так уж по жизни получилось, знал очень много, в том числе и от переживших выселение. Произведение очень, с перебором «перестроечное», лакирующее светлый коллективный образ «тавларов» (условный народ, как бы собирательно отражающий общую беду «наказанных этносов»), — и, тем не менее, из-за того, что автор по-настоящему талантлив, сквозь всю заданность и желание «обличить тиранию» весьма шероховато вылезает реальность. В связи с чем, роман Семена Израилевича, пару раз издав при раннем Ельцине, как бы забыли и прекратили публиковать.

И еще, самое крайнее. Как ни относись к сюжету, убойно, наотмашь бьет цифра 46% (около 67 тысяч душ). Именно таково, — согласно заявлениям последних лет, количество потерь народа къырымлы в дороге и за первые полгода после старта. А вот официальная цифра, — согласно документам иная: 191 человек по пути, — Телеграмма № 1476 от 8 июня 1944 13 час.00 мин Л. Берия из Ташкента от Бабаджанова. ГАРФ, ф.9479, оп.1с, д.179, л.241, — и 16 052 человек (10,6 %), — АРФ ф. 9479, оп. 1с, д. 248, л. 12, — в основном, старики и новорожденные, до конца 1944 года. Что тоже нехорошо, но все-таки вчетверо меньше и куда реальнее.

Чтобы хоть сколько-то разобраться, возьмем материалы официальных переписей.
Нашли графу «крымские татары»? Отлично. Что получается? Получается, что

(а) в 1939-м число къырымлы, как мы уже знаем, чуть-чуть меньше 220 тысяч;

(б) в 1944-м из Крыма вывезли 183155 человек, из которых к концу года умерло 16052, то есть, осталось 167 тысяч,

(в) к которым в 1945-м прибавились еще 9 тысяч, демобилизованные из армии. Итак, к концу 1945 года в ссылке примерно 177 тысячкрымских татар.

А по результатам переписи 1959 года их в местах поселения уже всего 49710, меньше трети от высланных. Мор напал, что ли? А вряд ли. Напади мор, мы бы слышали нынче много плача про «15 лет гибели». Но чего нет, того нет, и даже покойный женераль Григоренко не стенал ни о чем подобном. Все гораздо проще: в 1959-м все еще всё хорошо помнили, и къырымлы, — кроме вовсе уж отпетых, которым терЯть было нечего, — старались по мере сил мимикрировать в просто «татар».

Зато чуть более десяти лет спустя, в 1970-м, — уже 147559, аж на 100 тысяч больше, что ни в какие ворота не лезет. Если не понимать простую истину: никакой демографической вспышки нет, просто все уже слегка подзабылось, и стать самими собой теперь позволяют себе не только самые крутые, но и более осторожные плюс молодежь.

Но, — внимание, — в сытом 1979-м опять спад: только 132272. Не рожались, что ли, али боялись чего? Не-а. И рожались, и не боялись. Но старое забылось еще больше, хотелось учиться в столицах и делать карьеру, — что по анкетным данным было все-таки еще трудновато, если опять не перепрыгнуть в «просто татары», к которым никаких претензий нет. Зато потом — Горбачев, перестройка, гласность, — и в 1989 нате, получите: 271715.

Было бы, конечно, здорово, окажись среди гостей моего блога профессиональные демографы. Они бы разъяснили лучше. Но, в общем, и так понятно. А ежели спросите, откуда все-таки взялась та жуткая цифра, — 46% за полгода, — так ответ прост: из первого тома вышедшей в Симферополе 2008-м и тотчас признанной «классическим трудом» книги Гульнары Бекировой. «Крымские татары. 1941–1991 (Опыт политической истории)», где «точная цифра потерь» определена «по оценкам активистов крымскотатарского движения, собиравших сведения о погибших в 1960-70-е годы». И вот все, что я хотел об этом сказать.



Лев Вершинин


Источник: http://www.iarex.ru/articles/37074.html




http://tapkali.livejournal.com/428877.html

Про великого князя, сосланного за воровство

Про великого князя, сосланного за воровство


Событие, происшедшее весной 1874 года, не имело аналога за всю немалую историю существования императорского дома Романовых. Как наверняка известно читателю, люди здесь были разные. Возможно, именно их пороки и добродетели, высочайшее проявление духа и падение в нравственную бездну заставляют читать сегодня историю Романовых, как увлекательный роман. Но никогда среди них не было человека, замешанного в презренном, по-особому «не царском деле» — воровстве.

И все же такой человек нашелся. Им был великий князь Николай Константинович Романов. Оговоримся сразу — стопроцентно и безоговорочно его вина доказана не была. Не существовало и никакого обвинительного заключения. Собственные показания самого великого князя — сплошное противоречие. Не менее противоречивы и оценки людей, пытавшихся разобраться в этом темном деле. Для одних виновность Николая Константиновича не подлежит сомнению. Другие выдвигают, помимо прочих, версию сплетенной против него адской интриги, замешанной на вопросах престолонаследия. Так что, какой же знак ставить в конце словосочетания «преступление имело место быть» — восклицательный или вопросительный, — до сих пор неизвестно. Но если что и не подлежит никакому сомнению, так это то, что наказание состоялось...

Никола (так Николая Константиновича называла вся родня) родился, что называется, с золотой ложкой во рту. Его отец, поначалу вполне счастливо живший со своей женой Александрой Иосифовной, родом из немецких принцесс, был в восторге от того, что первый его ребенок — мальчик. Младенец, едва успев родиться, уже считался наследником трех главных жемчужин в великокняжеской короне: Мраморного дворца в Петербурге, роскошью уступавшего только Зимнему, имения Стрельна у Финского залива, которое Петр I хотел превратить в Версаль, и уж ни с чем не сравнимого Павловска.

Впрочем, Никола еще был мал, чтобы понять, как ему повезло с наследством, но как мало повезло вообще в жизни — уже ощущал. Мать, занятая рождением следующих детей, определила к старшему сыну, упрямому и самовольному, воспитателя-немца. Тот вознамерился укротить маленького волчонка едва ли не палкой и плеткой.

И тут коса нашла на камень. Однажды с отпечатавшейся на его лице пятерней воспитателя Никола бросился за помощью к матери и не получил ее. Отцу жаловаться было и вовсе бессмысленно: великий князь Константин Николаевич, человек действительно государственного ума, в будущем единственная опора своего старшего брага, императора Александра II, в деле отмены крепостного права, был всегда и безнадежно занят.

Превратившийся в подростка Никола стал свидетелем семейной драмы. Видимо, устав от болезненной и не лишенной странностей жены, Константин Николаевич нашел утешение в объятиях балерины Кузнецовой. Роман плавно перешел в семейное русло, когда пошли дети. Оскорбленная великая княгиня от горя и позора укрылась в Павловске. Домашний доктор свидетельствовал, что Никола невероятно остро переносил крушение семьи. Его бесприютность порой выливалась в буйные поступки, когда он готов был крушить все вокруг себя, а потом горько по-детски плакал от тоски и бессилия. Внутренне постоянно готовый к отпору, он становился все более недоверчив к людям, особенно же нелюбимые им могли испытать на себе его агрессивность и ожесточение.

В 18 лет, выйдя из-под опеки ненавистного немца, Никола разложил на каменном полу дворца костер и торжественно сжег все, что хоть как-то могло напомнить ему об этом человеке. Следующий его «взрослый» шаг был куда более зрелым — он поступил в Академию Генерального штаба, считая, что прогресс, «не исключая военной науки, предъявляет особые требования, если хочешь быть в избранном деле на высоте». Самолюбивый и тщеславный Никола никак не мог согласиться с ролью середнячка — он хотел быть первым. Если обратиться к воспоминаниям выпускников Академии той поры, станет ясно, насколько напряженным был ритм учебы. Заниматься Николе приходилось много. За это время он весьма существенно «посадил» зрение и потом всю жизнь страдал сильными головными болями.

В кругу «золотой молодежи» его рвение вызывало не понимание и насмешки, среди дам — разочарование. Никола считался самым красивым из великих князей — высокий, великолепно сложенный, первый танцор и дамский угодник, он был украшением балов, на которых появлялся все реже и реже.

В Центральном Российском архиве в деле великого князя Николая Константиновича лежит одинокий листок бумаги с его размышлениями накануне своего 20-летия. В старой России это был возраст совершеннолетия. Николу ждало вступление в имущественные права. Но из записи ясно, что его волнует другое: он не нравится себе, находит в своем характере много дурных черт, а в поведении — не меньше дурных поступков. «Пусть явятся мои хорошие качества, а дурные пусть умирают», — еще по-мальчишески загадывал он свое сокровенное желание.

Великий князь Николай Константинович стал первым из Романовых, окончившим высшее учебное заведение, да еще в числе лучших выпускников — с серебряной медалью.

После завершения учебы Никола отправился в заграничное путешествие. Как и для всех молодых богачей, осмотр достопримечательностей сопровождался у него куртуазными приключениями и посещением разнообразных увеселительных заведений.

И все же, сколь ни заманчивы были авансы прекрасных дев, Николе удавалось скрываться от них в тиши антикварных лавок, на живописных мансардах художников, а также заводить знакомых среди маклеров и специалистов по художественным редкостям. Коллекционер, проснувшийся в то время в нем, уже не умирал никогда. И хотя собранные им коллекции ожидала не менее печальная участь, чем его собственная, даже после всего разворованного, разбитого, «экспроприированного», их вполне хватило на то, чтобы в будущем составить основу Национального музея Узбекской ССР.

Вернувшись из Европы, великий князь поступил в лейб-гвардии Конный полк, и через некоторое время он, вполне искренне увлеченный службой, уже — командир эскадрона. Ему минул 21 год. В это самое время в Петербурге появилась американка Фанни Лир. С Николой познакомилась случайно, на бале-маскараде, обратив на него внимание как на самого высокого и статного среди офицеров. Он представился ей сыном купца, за что-то облагодетельствованным императором. Та позволила себе в это не поверить, понаблюдав за тем, насколько почтительно раскланивается с ним публика. Ну а когда он привел ее в ложу, где на портьерах и спинках кресел были вытканы императорские гербы, Фанни сказала незнакомцу, что офицеру не пристало врать. Николе же ничего не оставалось, как признать ее правоту и представиться великим князем Романовым.

В начавшемся романе Фанни, как истая представительница демократической страны, все поставила на такую же основу. Быстро поняв, что за образом августейшего денди прячется одинокий, никем не опекаемый, полный самых разнообразных комплексов человек, Фанни взялась переделывать ту часть жизни Николы, которая была скрыта от публики. Ее бесконечно удивляло, например, то, насколько беспорядочно Его Высочество питается. Спросив, почему всем изысканным блюдам он предпочитает чай с черным хлебом, она узнала, что так у них в Мраморном дворце велось, чаще всего дети бегали «перекусить» к прислуге на кухню.

Фанни приучила Николу заезжать к ней во время службы обедать. Они громко скандалили, когда она на чем свет стоит ругала его за попойки и карточную игру. А гневные возгласы Николы по поводу того, что он все-таки великий князь и никто не смеет что-то ему запрещать, она хладнокровно парировала тем аргументом, что для нее он не великий князь, а «ее любимый мальчик». А если его это не устраивает, он может убираться ко всем чертям.

Никола и вправду не раз хлопал дверью, но всегда возвращался. Он не мог не чувствовать, что рядом с ним наконец появился человек, которому до него есть дело. Для него стало привычным сидеть с Фанни у камина, пересказывая ей события дня и обсуждая новые коллекционные приобретения. Вот здесь Фанни беспокоило безудержное стремление скупать все подряд, тратить громадные суммы, а потом занимать у кредиторов. В Николе напрочь отсутствовал рационализм, им владели мгновенно вспыхивающее желание, каприз, прихоть. Иногда он следовал этому и в отношениях с Фанни: то давал ей тысячи и дарил безумной стоимости драгоценности, то устраивал скандал из-за 5 потраченных ею «не на дело» рублей. И все-таки — это была жизнь, похожая на семейную и хотя бы уже поэтому имевшая для него несомненную ценность.

Бурный роман сына обеспокоил обоих родителей. Сомнений не было — эта авантюристка намерена женить его на себе. Обсуждение этой проблемы привело даже к встрече отца и матери, уже давно не видевшихся. Предлог удалить Николу из Петербурга и тем прервать затянувшуюся связь нашелся вполне подходящий. На восточных границах России шла война. 70-е годы XIX века продолжили наступательное движение России в глубь Средней Азии, призванное расширить восточные территории империи и не дать разрозненным ханствам стать легкой добычей Англии. В 1873 году русский экспедиционный отряд двинулся в Хиву.

Наваждение

Фанни Лир, ровесница Николе, к моменту знакомства испытала и повидала гораздо больше него: тут и побег из благочестивого семейства, глава которого был священником, и короткое безалаберное замужество, и скитания с крохотной дочерью по Европе, где Фанни пела в кабачках, а заодно и «делала бульвары», что на парижском жаргоне значило фланировать в поисках щедрых кавалеров. Хорошенькая и энергичная, она довольно быстро взбиралась по шаткой лестнице карьеры полуактрисы, полукуртизанки и наконец остановилась на последней из двух профессий. Впрочем, была она далеко не глупа и даже начитанна — отец-священник каким-то чудом успел приохотить ее к книгам. Впоследствии Фанни вспоминала, что, читая про Екатерину Великую, которая стала ее любимой героиней, про Потемкина и прочих «орлов» той эпохи, она с трудом верила в реальность происходившего когда-то. Да и сама Россия, далекая, ни на что не похожая, одновременно и пугающая, и роскошная, казалась ей фантомом, призраком, иллюзией. И когда после приятного времяпрепровождения в Вене с одним высоким чином из российского жандармского управления оказалась обладательницей изрядной и совсем не иллюзорной суммы, она решила повидать страну своей мечты.«Столица императоров» потрясла ее холодной сумрачной красотой. С помощью сестер по ремеслу, постоянно обретавшихся здесь, она быстро освоилась в петербургском полусвете.

Великий князь Николай Константинович, уже в чине полковника, получил по-настоящему боевое крещение. Он во главе авангарда Казанлинского отряда, понесшего наибольшие потери, следовал одним из труднейших маршрутов, через пустыню Кызылкум. Первая же разведгруппа, возглавленная им, попала в такой плотный артиллерийский огонь, что в отряде их возвращения живыми уже не ждали. Хотя едва ли не каждый воин, побывавший тогда в пустыне, вспоминал не столько кровопролитные схватки с противником и засады, и даже не 40-градусную жару, убивавшую людей в прямом смысле слова, а безводицу. От нее сходили с ума — и тогда товарищам приходилось везти несчастного крепко связанным. От нее стрелялись — не выдерживая этой муки. Она превращала солдат в озверевшую толпу, когда от колодцев отталкивали раненых, дрались, чтобы добраться до глотка воды. При адской жаре и полной, порой сутками длящейся безводице, Никола вел солдат к цели от одного пункта к другому, подавая пример выдержки и мужества.

Все это время разлуки влюбленные переписывались. Никола писал о том, что в нем изменилось многое — отношение к людям, к жизни, неизменным осталось лишь одно — любовь к ней. Фанни ходила в отдаленные петербургские храмы и ставила свечки за здравие воина Николая. Победа над Хивой заставила ликовать всю Россию: слишком многих жертв стоили эти броски в пустыню. Никола возвратился в Петербург орденом св. Владимира и изящной формы хивинской пушечкой, подаренной ему на память о боевом походе ни Хиву.

Служба в полку возобновилась, казалось, жизнь, войдя в привычную колею, шла без изменений. Но они все-таки были. Оказалось, что Никола вернулся совершенно очарованный Средней Азией.

Беседы с Фанни все чаще сводились к воспоминаниям о тысячелетних стенах хорезмских крепостей, дворцах, минаретах. Его всерьез заинтересовала ориенталистика. Он начал принимать участие в работе Русского географического общества: там среди ученых мужей вызревала идея Амударьинской экспедиции. Ее целью было максимально приблизить только что завоеванный Россией край и подвергнуть детальному научному анализу его потенциал. Подобные планы взбудоражили, захватили блестящего флигель-адъютанта государя. В Географическом обществе были, разумеется, рады августейшему вниманию. Николу избрали почетным членом и назначили начальником экспедиции.

Жизнь великого князя — интересное дело, Фанни, молодость, силы — выруливала на какой-то четко обозначившийся путь. Впереди маячили высоты, не взять которые, казалось бы, не было причин.

В ненастный день 14 апреля 1874 года в Мраморном дворце была обнаружена пропажа. Из семейной иконы великокняжеской четы, которой император Николай I благословил этот брак, исчезли крупные бриллианты. Великий князь-отец вызвал полицию, и вскоре бриллианты были найдены. Теперь дело стало за преступником. Провели дознание. Круг сужался. Взялись за адъютанта великого князя Е.П. Варнаховского, мнение о виновности которого сохранилось до сих пор. Однако 15 апреля на допросе он категорически отрицал причастность к краже и говорил, что лишь снес в ломбард камни, переданные эму великим князем. Никола, присутствовавший на допросе, поклялся на Библии, что не виновен, — чем, как говорили, усугубил свой грех. Отцу же он сказал, что готов, выручая Варнаховского, не просто адъютанта, а своего товарища, взять вину на себя. Дело заходило в тупик, и Александр II, взявший его под личный контроль, повелел подключить к расследованию жандармов. В итоге великому князю Константину Николаевичу довелось выслушать убийственную весть: бриллианты украл его сын.

Арестованного Николу привезли из его дома в Мраморный дворец, где три ночных часа шел допрос в присутствии начальника жандармов и бедного отца, который записал в дневнике: «Никакого раскаяния, никакого сознания, кроме, когда уже отрицание невозможно, и то пришлось вытаскивать жилу за жилой. Ожесточение и ни одной слезы. Заклинали всем, что у него осталось святым, облегчить предстоящую ему участь чистосердечным раскаянием и сознанием! Ничего не помогло!»

«Предстоящая участь...» Вопрос, какой ей быть, решался, как выразился император на «конференции» — собрании членов монархического семейства. Отдать в солдаты? Александр II возразил, что негоже порочить это святое звание. Придать публичному суду и отправить на каторгу? Престижу царской семьи в таком случае наносился болезненный удар, и с этим нельзя было не считаться. Спасительным казался лишь один выход — признать Николу безумным. Конечно, тут свое слово должны были сказать медики, и их соответствующим образом проинструктировали. Великий князь-отец получил на руки заключение о «болезни» сына. «Мое страшное положение таково, что я этот результат принужден принять с благодарностью», — записал он в дневнике.

Великому князю Николаю Константиновичу было объявлено, по сути, два приговора. Первый — для публики — состоял в признании его безумным. Отсюда следовало, что отныне и навсегда он будет находиться под стражей, на принудительном лечении, в полной изоляции. Суть второго приговора — семейного — состояла в том, что в бумагах, касающихся императорского дома, запрещалось упоминать его имя, а принадлежавшее ему наследство передавалось младшим братьям. А еще Никола лишался всех званий и наград и вычеркивался из списков полка. Ну и последнее — он высылался из Петербурга навсегда, навечно и был обязан жить под арестом в том месте, где ему будет указано.

В 24 года слово «навечно» осмыслить трудно, возможно, поэтому Никола не застрелился. Фанни в своих мемуарах писала, что до увоза из столицы великого князя держали в смирительной рубахе, накачивали лекарствами и даже били. Солдаты, сторожившие Николу, с плебейской радостью покуражиться над тем, кто вчера еще был для них недосягаемым, предлагали арестованному детские игрушки. Сам же Никола, судя по оставленной им записи, сожалел, что не попал на каторгу...

В 1917 году в журнале «Аргус» появился перевод мемуаров Фанни Лир, где она рассказывала о своем августейшем романе, горькой участи Николы, в виновность которого она не верила ни на минуту, а также о том, как окончилось ее путешествие в Россию. Даже принимая во внимание ее заинтересованность в ином, отличном от официальной версии, освещении событий, трудно не согласиться с ее позицией, касающейся странного поведения родителей Николы. Судя по всему, их сын не заблуждался, чувствуя себя совершенно им ненужным. «Случись такая пропажа в семье обыкновенных людей, — писала мисс Лир, — ее там скрыли бы; здесь же, напротив, подняли на ноги полицию...».

Естественно, Романовых не покидала уверенность, что Николу погубили любовь к куртизанке и нехватка средств на удовлетворение ее прихотей. Между тем сумма, заложенная за украденные бриллианты, была много меньше, нежели та, что была обнаружена в письменном столе Николы при обыске. Фанни Лир выдворили из России с предписанием никогда сюда не возвращаться. С великим князем она никогда больше не встречалась...

Дальнейшее — вполне убедительный аргумент в пользу того, что даже в тисках жесточайшего психологического прессинга, при всех потерях, при необратимом ухудшении качества жизни человека трудно сбить с ног, если в нем теплится созидательная идея, если что-то основательно занимает его разум. Для Николы этим «что-то» были мысли о преобразованиях в Средней Азии на благо Отечества. И тут ему нужно было сказать спасибо дяде-императору, разрешившему взять в ссылку все необходимые по этому вопросу материалы, в придачу с консультантом, знатоком этого края.

Другой вопрос, каким образом великий князь, неусыпно охраняемый и гоняемый с места на место, намеревался реализовать свои планы. Его увезли из Петербурга осенью 1874 года. До своей последней «остановки», в Ташкенте летом 1881 года, то есть за неполных 7 лет, он сменил по меньшей мере 10 мест жительства. Ему нигде не давали обрести хоть какой-нибудь дом, обзавестись связями, пустить корни. Как перекати-поле, его мотало по России: Владимирская губерния, Умань — 250 верст от Киева, местечко Тиврово, близ Винницы, и так далее.

Когда он был отправлен в Оренбург, куда ссылали обычно всех неблагонадежных, Никола предполагал, что вдали от центра надзор за ним не будет уж очень строг. И действительно, местное начальство на многое «непозволительное» закрывало глаза. Именно в Оренбурге в 1877 году 27-летний Никола опубликовал свою работу «Водный путь в Среднюю Азию, указанный Петром Великим», вышедшую, что и понятно, без указания имени автора. Но главное здесь ему удалось совершить поездки в глубь казахских степей. На почтовых и верхом, вместе с такими же энтузиастами, он проделал путь от Оренбурга до Перовска. А все потому, что был захвачен идеей постройки железной дороги из России в Туркестан. Посланный в Петербург проект был признан нерентабельным из-за малонаселенности земель.

И все-таки Никола снова готовился к путешествию в пустыню. На этот раз с целью установить, возможен ли поворот Амударьи в древнее русло Узбой, что дало бы России гораздо более дешевый водный путь через Волгу и Каспийское море — в глубь Туркестана, а также возможность орошения изнывающих от безводицы земель.

В брошюре «Аму и Узбой» великий князь писал: «Россия в течение последних 25 лет овладела большей частью Средней Азии, но некогда цветущий Туркестан достался русским в состоянии упадка. Он наделен от природы всеми благоприятными условиями для быстрого развития своих богатых производственных сил. Расширив оросительную сеть, раздвинув пределы оазисов, Туркестан можно сделать одной из лучших русских областей». План по «повороту Амударьи», вероятно, вполне справедливо, также был сочтен нецелесообразным. Но сама экспедиция, проделавшая более чем тысячекилометровый путь по совершенно не исследованным местам, принесла материал исключительной ценности. Это было отмечено и научными кругами, и даже начальством в Петербурге, наградившим всех его участников, за исключением великого князя.

Тем временем в Оренбурге произошло событие, в очередной раз осложнившее отношения Николы с родственниками. Зимой 1878 года ссыльный Романов обвенчался с дочерью городского полицмейстера Надеждой Александровной Дрейер. И хотя венчание было тайным, по городу поползли слухи, жандармы доискались до истины — и в Петербург полетел соответствующий доклад. В итоге специальным указом Синода брак был расторгнут, а семейству Дрейер было приказано покинуть город. Все, кроме Надежды, повиновались. Твердого характера женщина наотрез отказалась покинуть того, кого считала истинным мужем. Казацкая кровь говорила в ней — все многотрудные походы по степям Надежда верхом на коне прошла вместе с Николаем Константиновичем.

Долго мучились Романовы вопросом, правильно ли они поступили, «разженив» великого князя. С одной стороны, очень уж не хотелось получить «великую княгиню» из полицмейстерского семейства, с другой — Романовы понимали, что явно перегнули палку. Младший брат оренбургского арестанта, великий князь Константин Константинович, не одобрял жесткой линии императорского дома: «Скоро ли кончится мучительное положение, из которого бедному Николе не дают никакого выхода? Самого кроткого человека можно было таким образом из терпения вывести, у Николы есть еще довольно силы выносить свое заключение и нравственную тюрьму».

Впрочем, вняв доводам здравого смысла, император в конце концов разрешил узаконить неравнородное супружество. Правда, молодым было предписано отправляться и вовсе на край света — в Ташкент.

Что же в то время представлял собой Ташкент? Русский военный гарнизон на отшибе, с его несладкой жизнью, тоской, пьянством и неизбывной мечтой поскорее выбраться обратно в Россию да местное население, ютящееся в лабиринте глинобитных хибарок. С 1881 года начался совершенно новый период и в судьбе этих мест, и в жизни опального великого князя, о котором потом напишут, что он один сделал для Средней Азии гораздо больше, чем вся царская администрация.

«Ташкентский» князь отметил свое поселение здесь многосторонней деятельностью по орошению Голодной степи. Сегодня трудно себе представить, как в условиях не ослабевавшей «опеки» властей, вставлявших палки в колеса постоянно, можно было за короткий срок прорыть 100-километровый магистральный капал, названный великим князем в честь деда «Император Николай I». Вместе с проведенными еще двумя каналами вода оживила 40 тысяч десятин пригодных к возделыванию земель. В это строительство «ташкентским князем» вкладывались личные деньги, присылаемые на его имя из Петербурга в качестве «великокняжеского содержания». Вероятно, о том, что основы ирригационной системы в Голодной степи заложил ссыльный великий князь Романов, мало кто знает как в России, так и в самом среднеазиатском государстве.

«Его императорское Высочество», как, несмотря на неудовольствие начальства, здесь именовали Николая Константиновича, проводил целенаправленную прорусскую политику. Им приглашались казаки-переселенцы, которым выдавалась ссуда. На орошенных землях поднялись 12 больших русских поселков. Николай Константинович писал: «Мое желание — оживить пустыни Средней Азии и облегчить правительству возможность их заселения русскими людьми всех сословий».

Переселение казаков и крестьян в пустыню он считал государственной необходимостью — Россия должна здесь иметь опору в лице своих граждан. К 1913 году там выросло уже 119 русских селений. Впрочем, ни строительство, ни вопросы, связанные с переселением, не отвлекали князя от экспедиций, которые, в частности, доказали, что Каракумы — отнюдь не непроходимая пустыня, как то считалось раньше. Его ташкентский дом, называемый местными жителями дворцом, обсаженный дубами и березами, неустанно пополнялся восточными раритетами, привезенными из многочисленных походов. Здесь же постепенно собралась весьма обширная библиотека по истории Средней Азии, переданная им впоследствии в Туркестанскую публичную библиотеку.

По сути дела, с поселением князя в Ташкенте город начал окультуриваться. Желая дать зрелищ всем и каждому, князь занялся строительством кинотеатров. В сравнительно небольшом городе их появилось 5, среди которых особой популярностью пользовалась «Хива». Название, разумеется, было данью памяти князя своему боевому походу. Интересно, что зрительный зал украшал карниз, составленный из 1 500 клинков казачьих шашек и штыков. В фойе Романов, большой любитель животных и экзотических птиц, велел поставить клетки с обезьянами и попугаями. Кстати, при его дворце находился довольно крупный зверинец, открытый для жителей города.

«Хива» уже при советской власти была переименована в «Молодую гвардию», а впоследствии разрушена землетрясением в 1966 году. Первый театр в Ташкенте, также построенный Романовым, выглядел очень комфортабельно, и в 90-х годах прошлого века здесь даже гастролировал МХАТ.

Августейший коммерсант

Разумеется, деньги, присылаемые на содержание, не покрывали всех расходов великого князя. И он принялся зарабатывать их сам, не гнушаясь и копейкой. Так, например, им был организован базар возле железной дороги. Прежде чем начать торговлю, необходимо было за определенную плату купить квитанцию с надписью «Базар великого князя в Голодной степи» — вероятно, никто и не вчитывался в это фантастическое словосочетание. Торговцы имели право пользоваться только весами хозяина, выдававшимися из специальной будки. Были установлены следующие «тарифы»: за каждый пуд проданного картофеля с торговца взималась 1 копейка, за каждую арбу арбузов или дынь — 30 копеек. Казалось, Его Высочество умел делать деньги из воздуха. Доходы от фотографической лавки, квасных будок, бильярдных залов, магазинов, мельниц, «ледодельной», ткацкой фабрики, заводов рисового, мыловаренного, хлопкоперерабатывающего и прочего суммировались во впечатляющую сумму — полтора миллиона рублей в год. Для сравнения: из Петербурга князю присылали 200 тысяч.

У Николая Константиновича оказался великолепный коммерческий нюх. В его громадном хозяйстве ничего не пропадало. Он одним из первых обратился к наиболее тогда доходной области промышленности — строительству хлопкоочистительных заводов. При этом технологический цикл продумывался им досконально, что давало возможность наладить безотходное производство. Например, семена, остававшиеся после переработки сырца в волокно, употреблялись в качестве сырья на маслобойнях, а оставшийся жмых частично шел на удобрения, частично — на корм скоту.

На одной из театральных премьер великий князь, хоть и облысевший, но по-прежнему шикарный, в сюртучной паре, сшитой в Лондоне, и моноклем в глазу, появился в ложе под руку с двумя дамами. И не просто дамами, а женами. Одной, естественно, была казачка Надежда, другой — пышноволосая блондинка Дарья Часовитинова.

...Однажды великого князя, пользовавшегося у населения непререкаемым авторитетом во всех вопросах, позвали в казацкий курень. Срам да и только — жених, не досчитавшийся чего-то из приданого, заявил, что венчаться не поедет — потребовалось княжеское вмешательство. На полу куреня, сидя среди разбросанных юбок, горько плакала 15-летняя невеста. Князь велел ей замолчать, посмотрел на нее долгим взглядом, потом дал денег отцу-казаку и в той же свадебной бричке, что даром стояла у дверей, поехал венчаться с Дашей, Как это все выглядело в глазах публики и начальства, его не интересовало, а револьвер, который он всегда носил с собой, был убедительным аргументом в разговоре со священником.

...Казачка Дарья Часовитинова, нарожавшая князю детей и снабженная им первичным капиталом, оказалась на редкость оборотистой. Она сумела разбогатеть и позже, как говорят, вышла замуж «по-настоящему» уже в Петербурге.

От Надежды Александровны у Великого князя было двое сыновей — Артемий и Александр. Он придумал жене титул «графиня Искандер», с которым она не раз ездила в Петербург, стараясь наладить связи с романовской родней. Похоже, ей это не очень удалось, но зато обоих мальчиков взяли учиться в привилегированный Пажеский корпус. Сам Николай Константинович с родней отношений не поддерживал. По воспоминаниям, он всегда раздраженно говорил о Романовых, называя их «собачьей кровью», и вообще проповедовал демократические взгляды.

Начальство, конечно, стонало от него, понимая, что великий князь и в пустыне великий князь и управы на него нет. Очевидец описывал такой случай. «Открывается у нас в Ташкенте по приказанию министра финансов сельскохозяйственная выставка. И вдруг приходит князю в голову мысль посетить эту выставку. Надежда Александровна всячески его отговаривает, напоминая ему, что он находится под домашним арестом. А он свое: «Мне наплевать... Я никому не подчиняюсь». Вот тут-то он и выкинул штуку... На главной аллее встречается сам генерал-губернатор со свитой: «Ваше Императорское Высочество, вы, так сказать, под домашним арестом, а изволите гулять и прочее такое...» И что же делает князь? Не говоря худого слова, размахивается — и хлоп его высокопревосходительство по морде!.. Ну и получился скандал... Вот таков наш великий князь...»

Судьба его Венеры

Вскоре после окончания Хивинского похода великий князь и Фанни уехали путешествовать за границу. В Риме они побывали на вилле Боргезе и полюбовались знаменитой скульптурой Антонио Кановы, изображавшей Полину Боргезе, младшую сестру Наполеона. Мраморная обнаженная красавица лежала на мраморном же ложе в виде Венеры-победительницы с яблоком а левой руке. Никола решил, что его Фанни ничуть не хуже ни Венеры, ни Полины, и заказал скульптуру Томазо Солари точную копию скульптуры, но с Фанни вместо сестры Наполеона. В своих мемуарах мисс Лир вспоминала то неприятное впечатление, когда ей накладывали на лицо маску, чтобы воспроизвести в мраморе черты ее лица.

Они уехали, заверенные, что по окончании работы скульптура будет отправлена в Петербург. Сегодня только маленькая фотография скульптуры Томазо Солари — единственная возможность увидеть женщину, встреча с которой предопределила совершенно особую, ни на кого не похожую, судьбу одного из Романовых.

...Спустя много лет, когда великий князь находился в ташкентском изгнании, его мать, Александра Иосифовна, по всей видимости, страдавшая от разлуки с сыном, сделала ему подарок. Гуляя с американским посланником в парке, она наткнулась на мраморную скульптуру полуобнаженной с яблоком в руке женщины. «Да это же Фанни Лир — девица нашего Николы!» И вскоре скульптура в дощатом ящике малой скоростью была отправлена в Ташкент.

P.S. Как Николай Константинович Романов закончил свои дни, доподлинно неизвестно. По одной из версий, он был расстрелян большевиками в 1919 году. По другой — умер от воспаления легких.

Его жена Надежда Александровна Искандер сначала была смотрительницей музея, затем ее уволили. По словам очевидцев, в последние годы жизни выглядела она настоящей нищенкой, ходила в рваной одежде и питалась тем, что оставляли у дверей ее хибары жители, помнившие доброту великого князя. Умерла Надежда Александровна в 1929 году от укуса бешеной собаки. Их старший сын Артемий не то погиб во время Гражданской войны, сражаясь на стороне белых, не то умер от тифа в Ташкенте в 1919 году.

Младший сын, Александр, боевой офицер, сражался в армии Врашеля, потом эвакуировался в Галлиполи, а затем — во Францию, где и умер в 1957 году. •