sell_off (sell_off) wrote,
sell_off
sell_off

Categories:

Появится ли в России свой Зеленский? (ч. 1)

Появится ли в России свой Зеленский?




Начало здесь. Судя по содержанию моей фейсбучной ленты, самое яркое политическое событие Раши – это предвыборные дебаты в соседней стране. Нечто подобное наблюдалось в конце 2016 г., когда выборы президента США подавили собою всю внутреннюю повестку на месяцы. Но тогда это было информационной политикой Кремля. Сегодня же украинские выборы совершенно естественным образом притягивают к себе внимание широких слоев «прогрессивной общественности», которая до судорог в коленках «хочет как на Украине»(с).

Ну, хотите дальше, чо. Я же продолжу свой ликбез, объясняющий, что такое демократия. Точнее, какие разные могут быть политические модели, называемые демократическими, и насколько сильно может различаться их содержание. Вообще, если коснуться самого понятия демократии, то она была всегда с самого зарождения человеческой цивилизации и постоянно развивалась от простых форм к сложным. Можно даже выделить несколько поколений (типов) демократических моделей.

1. ПРЯМАЯ ДЕМОКРАТИЯ. Еще ее называют первобытной. Собралось племя у костра и избрало вождя. Впрочем слово «избрало» здесь не совсем верно. Вождь – он и так есть – самый опытный, авторитетный охотник. Выборы – это всего лишь способ легитимации нового вождя, процедура чисто ритуальная. Гораздо важнее другое – обратная связь. Если вождь не оправдает ожиданий племени, возле того же самого костра его могут и «уволить» из элиты, а то и поджарить. Субъект выражает свою волю напрямую и непосредственно, поэтому такой механизм управления называется прямой демократией. Волеизъявление «избирателя» базируется на его компетенции – всякий может оценить эффективность вождя по результатам охоты и состоянию своего желудка.

Выборы главаря разбойничьей шайки, капитана пиратского корабля, казачьего атамана – вот проявления прямой демократии. При этом никто, надеюсь, не станет утверждать, что в криминальный мир основан на принципах демократии. Нет, там всего лишь сохранились архаичные демократические ритуалы и механизмы легитимации решений. Копное право, вышедшее из моды еще в эпоху развитолго феодализма – из той же оперы.

2. ЭЛИТАРНАЯ ДЕМОКРАТИЯ. Она возникает и развивается с появлением государства. Не важно, насколько тиранический характер носит система управления. Как бы не обожествлялся верховный правитель, какие бы широкие полномочия он не имел, он не может непосредственно управлять всем. Правитель управляет обществом опосредованно, через управленческий аппарат, формируемый из представителей правящего класса (номенклатуры, истеблишмента), то есть группы людей, контролирующих базовые экономические активы. В аграрном обществе главной ценностью была земля. Кто ею владеет – тот и составляет господствующий класс.

Вот тут и возникает вопрос, тупиковый в рамках банальной логики: правитель господствует, командуя аппаратом, или же он является ставленником и выразителем интересов элиты? Разрешить вопрос можно только в диалектическом русле: непосредственной власти у правителя тем больше, чем эффективнее он реализует интересы господствующего класса. Тот же властитель, который идет на конфликт с господствующим классом, долго не живет. Впрочем, с чего бы ему идти на конфликт с классом, привилегированным членом которого он сам является?

Соответственно, если правитель хочет жить долго и богато, он заинтересован в эффективных механизмах обратной связи между собой и носителями политической воли. Народ субъектностью не обладал. Субъектами являются представители элиты, которые и образуют сенаты, боярские думы и госсоветы – совещательные органы при монархе. Еще большее значение имеют неформальные дворцовые группировки, которые в той или иной форме доносят до самодержца волю правящего класса. И тот в той или иной мере вынужден ее учитывать, сообразуясь со влиятельностью центров принятия решений. Элитарной демократией система называется потому, что субъектностью в описанной системе управления обладают исключительно представители правящего класса, выражающие уже не столько личную, сколько коллективную волю. Жизнь правителя зависит от его способности эту волю чувствовать и адекватно реагировать на запросы элиты.

3. ПРЕДСТАВИТЕЛЬСКАЯ ДЕМОКРАТИЯ возникает при переходе общества от аграрного уклада к индустриальному, от феодализма к капитализму. Происходит взрывообразное накопление системной сложности, то есть социум приобретает высокоразвитые формы организации. Соответственно, требуется более совершенный механизм управления, более эффективные системы обратной связи.

В результате совершается переход от концентрических систем управления к распределенным. Да, зачаточные формы представительской демократии зарождаются еще в средневековых городах, но зрелости она достигает только в первой половинеXX столетия, когда в передовых странах утверждаются принципы всеобщего избирательного права (В Великобритании – 1918 г., в США – 1920 г., во Франции – 1945 г.).

Переводить термин «демократия» как власть народа, принципиально неверно, потому что народ никакой властью не обладает, он лишь ДЕЛЕГИРУЕТ ее управляющему субъекту, выражая коллективную политическую волю. Принципиальный момент заключается в том, что рядовой избиратель является политическим субъектом (по большей части формальным, но все же), а вот субъектом управления – категорически нет. Он как был, так и остается объектом управления. Современная представительская демократия – это не власть народа, а власть от имени народа – так будет точно.

И, кстати, власть от имени народа лишь в единичных случаях есть власть в интересах народа. Дело в том, что интересы мало иметь, нужно их осознать, сформулировать и заставить принимать во внимание. И вот здесь, как ни странно, политические механизмы парламентской республики работают плохо, они совсем не на то заточены. Парламентаризм – есть форма легитимации воли правящего класса, но как инструмент обратной связи между управляющим субъектом (госаппаратом) и объектом управления (народом) он малоэффективен. Боюсь, что для многих это станет откровением, но связь между госаппаратом и правящим классом (можно даже выразиться старомодно – буржуазией) гораздо более крепкие, чем между госаппаратом и нардом.

Почему в Западной Европе демократия с человеческим лицом, а в Раше и Гаити больше напоминает вонючую жопу, я уже сто раз объяснял, но могу и повторить. Раша и Гаити на цивилизационной лестнице стоят неизмеримо ниже Франции со Швецией и поэтому насаждение демократического антуража не делает их демократиями точно так же, как папуас, одевший европейский костюм и скопировавший повадки белого человека, не становится от этого европейцем.

В Европе формируемая с помощью демократического инструментария власть защищает интересы общества не потому, что там «хорошие» элиты, а потому, что интересы элиты и среднего класса, составляющего социально-экономический фундамент общества, в значительной степени совпадают. Вторая причина: этот самый средний класс имеет достаточно развитое самосознание и хороший практический опыт в том, чтобы формулировать и доносить до верхов свои интересы. Для этого используется широкий набор инструментов помимо чисто политических: независимые СМИ и соцсети, неправительственные организации, местное самоуправление, широкие социальные движения. И, еще раз повторяю: все это является, как говорят марксисты, надстроечным аппаратом, а в основе всего – экономический базис. Если в стране развитый экономический базис, генерирующий средний класс – там возможна цивилизованная демократия. Если экономический базис слабый – будет только такая демократия, как в Раше, Конго, Гаити, Казахстане или Украине.

Ух, представляю, как полыхнуло над стулом у моих украинских читателей (завтра в мебельных магазинах будет аншлаг). Они часто крайне болезненно реагируют, когда я ставлю их, природних еуропейцив, на одну доску с москалями. Но тут все зависит от точки зрения. Я смотрю на Украину и РФ со стороны, и в той стороне, с которой я на них смотрю, что ukrainians, что russians воспринимаются как постсоветские дикари, в сортах которых нет особого смысла разбираться.

Я, однако, не спорю, разница между двумя этими бантустанами огромна, но исключительно с точки зрения самих туземцев. Приведу такую аналогию: чеченец и ингуш считают себя представителями разных, хоть и родственных народов, и могут привести массу аргументов в пользу своего превосходства над визави. Но для всех остальных есть ли хоть какое-то отличие? Причем последнее время помимо чисто этнического обозначилась еще и политическое расхождение: маленькая Ингушетия стала объектом территориальных притязаний со стороны большой Чечни. В милитаризованной Чечне железной рукой правит наследственный автократ хан Рамзан, а народ предан ему, как божеству. В мирной же Ингушетии, где у населения даже охотничьи ружья поотбирали – майдан, своего главу-овоща они презирают и добиваются права самим решать вопрос о власти (требуют ни много ни мало, а свободных выборов). Вот прям калька с ментального конфликта между Украиной и Россией!

Но все чечено-ингушские противоречия носят исключительно межплеменной характер и не имеют цивилизационного пафоса и исторического значения. Ингуши с чеченцами стоят на одинаковом уровне культурного развития и воспроизводят идентичную социальную матрицу, которую можно назвать средневековой. Ну, или более нейтрально – матрицей традиционного общества (шариат, патриархат, геронтократия и патернализм). Я, конечно, симпатизирую ингушам, точно так же, как в драчке между Украиной и РФ мои симпатии однозначно на стороне Украины. Но эти чисто спортивное сопереживание без соучастия: победит в матче «твоя» команда – будет приятно, но не более того. Ведь исход футбольной баталии не оказывает на мою жизнь ни малейшего влияния.




https://kungurov.livejournal.com/233264.html




Subscribe
Buy for 30 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments